Реквием по любви. Грехи отцов

Глаза наполнились безграничной тоской.

Но он быстро взял себя в руки и пустым, безжизненным голосом протянул:

— Так они что, еще и… венчанные были?

Посмотрев на него долго и задумчиво, отец Сергий кивнул.

— Марина хотела принадлежать своему мужчине и на этом свете, и на том.

— А есть ли он – тот свет? — скептически усмехнулся Зарутский.

— Узнаешь, сын мой. Как время придет. В ту секунду и твоя душа успокоится.

Ничего не ответив, Макар сорвался с места и раздраженно зашагал прочь с территории церкви. Не прощаясь, он угрожающе бросил через плечо:

— Если ты соврал – я вернусь! И тогда вечный покой тебе будет обеспечен!

Лиза опешила, глядя ему вслед. Он словно в одночасье обезумел. И, кажется, забыл о ее существовании. Стремительно двигаясь вперед, мужчина одним своим видом заставлял прихожан торопливо отступать в сторону с его пути.

Он не звал ее с собой. Не оглядывался. Не требовал присоединиться к нему. Не делал ничего, чтобы удержать ее рядом. В своем временном плену.

То ли уверен был, что она в любом случае пойдет за ним, то ли… внезапно отпустить решил. Лиза не знала. И ложными надеждами себя не тешила. Однако действовать кардинально тоже не торопилась. Она провожала его потерянным взглядом, испытывая при этом крайне противоречивые эмоции. С одной стороны, ей страшно хотелось освободиться от вынужденных оков. Плюнуть на все и сбежать. К Диме. К родным. К близким. Она с легкостью могла осуществить задуманное – Макар удалился на приличное расстояние и едва ли догнал бы ее сейчас. Только вот какая-то часть нее упрямо взывала к совести. Противилась. Сомневалась. Интуиция тоже взбунтовалась не на шутку. В голове загудело. А от собственных мыслей стало тошно:

«Совсем недавно я умоляла его не предавать меня. Не предавать всех нас! А сама? Что сейчас делаю я сама? Едва случай подвернулся, о побеге думаю? Нет! Уговор есть уговор. Я поступлю так, как велит мне сердце. Сдержу свое слово, даже если в дальнейшем очень сильно пожалею об этом…»

Сбросив с себя оцепенение, Лиза со всех ног помчалась за Макаром. К тому времени он уже вышел за ворота церкви, уселся на ближайшую скамейку у забора и закурил. Оказавшись рядом, девушка последовала его примеру.

— Почему ты осталась? — услышала в тот же миг.

Пожав плечами, она тихо обронила:

— Как ни крути, а мы с тобой в одной упряжке. И делаем общее дело.

— Молодец, — хриплый смех. — Считай, что проверку на доверие ты прошла.

— Так это… проверка была?

— Конечно. Жаль только, напрасно все.

— В каком смысле?

Зарутский стряхнул пепел с сигареты и пояснил в весьма грубой манере:

— Круг замкнулся на твоей матери. И если она не отдала тебе нычку Черчилля еще при жизни, то теперь мы ее вряд ли найдем. Она могла сделать с ней что угодно. Выкинуть. Перепрятать. Сжечь. Мы в тупике, Лиза.