Реквием по любви. Грехи отцов

Наконец проникновенный взгляд мужа сосредоточился на ней:

— Выходит, Вика не соизволила передать тебе мои слова?

— Какие слова?

— По крайней мере, это многое объясняет, — он понимающе кивнул. — Включая алкоголь.

— Она собиралась что-то сказать, — Лиза наморщила лоб, прокручивая в памяти их беседу у костра, — но не стала при Дане. А потом, видимо, забыла… Твое послание было очень важным?

— Хм, — он переместил руку, которой ласкал ее спину, чуть выше. К волосам. Слегка сжал шею. — Я пытался через Вику предупредить тебя о внезапном приезде Бориса. Подготовить к встрече. Подсказать, как лучше вести себя с ним. Но ты замечательно справилась и без моих советов.

— Ты удивлен?

— Я горд!

От восторга она готова была кричать.

Вместо этого, усмиряя рвущиеся наружу эмоции, сдержанно улыбнулась."

"— Кстати, — прикусила губу, припоминая одну любопытную деталь. Деталь, которая не давала покоя. — Насчет Вики! В тот момент, когда Андрей доставал Аркадия Михайловича и дядю Борю расспросами, за что же Шмель так ненавидит Хирурга, мне показалось…

— Да?

— Показалось, что ты знаешь ответ на этот вопрос!

— Допустим, знаю.

Странная интонация. Он словно играл с ней. Или же просто торговался.

Господи! А смотрел так… будто бы сожрать собирался. Снова!

Более того, Лиза хоть и была оглушена ревом собственного пульса, его вновь твердеющую плоть в себе ощущала более чем отчетливо.

— Ты расскажешь мне?

— Зачем?

— Чтобы… удовлетворить мое любопытство, например.

— Хитрая женушка! Ой, хитрая! Лады. Только и тебе придется хорошенько удовлетворить меня!

— Утром деньги – вечером стулья!

Одна фраза, банальная и заезженная, заставила мужчину буквально взорваться от хохота. Лизавета недовольно насупилась:

— Не смешно.

— Смотрю, мышонок-то мой взрослеет, — произнес он, как только обрел над собой контроль, — набирается опыта. Учится требовать. Мне нужно держать ухо востро! Серьезно! Сегодня, так и быть, пойду у тебя на поводу. Но! Все, что ты сейчас услышишь, останется здесь. Между нами. Поняла?

За неимением слов, Лиза просто кивнула.

— Я тогда мелкий был и многое не понимал, - начал он задумчиво. - Просто случайно услышал «бессмысленный» по детским меркам разговор отца с Гордеевым-старшим и Шмелем. Батя за что-то крепко материл Володьку. С возрастом я, конечно, два плюс два сложил и собственные выводы сделал. А суть такова. Хирург появился в их компании практически последним, но в силу своего обаяния быстро нашел с мужиками общий язык. Тем более, он многих «зашивал», спасая от смерти. И не по разу. Словом, ценили Андрюхиного батю среди наших. Уважали. Все бы ничего, да в какой-то промежуток времени у него начались проблемы в семье. Жена его узнала, в каких кругах он вращается и чем на жизнь зарабатывает.