Отчим в моей постели

Внутри туго и горячо, член скользит по нежным стенкам, каменея с каждым движением. Голова слегка кружится, картинка перед глазами местами исчезает, словно её коробит. Но взгляд от покрасневшего лица Леры оторвать не могу. Она с трудом справляется и, прикусив палец, смотрит на меня горящими глазами.

Просовываю руку под спину и одним движением переворачиваю нас заставляя Леру сесть на меня и быть лицом к лицу. Притягиваю ближе, целую, одновременно насаживая её на свой член. Глотаю её стоны, словно воздух, пока она, набравшись смелости, сама не начинает скакать на мне. Делает это робко, неуверенно, но отсутствие опыта, только сильнее меня распаляет.

– Руслан… – хрипло шепчет, обдавая горячим дыханием моё лицо. – Я… – очередной вырвавшийся из груди стон прерывает её.

Зарывшись пальцами в мои короткие волосы, она запрокидывает голову назад, прикусывает губу и, сжав меня изнутри, словно тисками, кончает, трясясь и всхлипывая в моих руках, толкая меня самого к оргазму. Сжав её талию, я несколькими резкими движениями насаживаю девчонку на свой член, пока не извергаюсь внутри горячей плоти. Оставляю свою метку, чтобы Лера ещё долго пахла мной.

В комнате стоит духота, воздух вокруг наэлектризован, но Лера всё равно покрылась мелкими мурашками. Едва дыша, она упирается лбом в мою мокрую грудь, схватившись за расстёгнутую рубашку, как за спасательный круг. Я сам сижу, выравнивая дыхание, но понимаю, что находившийся в горячем лоне член начинает снова оживать. Поднимаю девочку с себя и укладываю на постель обессиленное тело.

– Всё нормально? – интересуюсь и, встав на ноги, одеваюсь.

– Угу, – мычит в ответ Лера и облизывает припухшие губы.

– Фигнёй не страдай и не придумывай хрен пойми что, – застегнув брюки, я наклоняюсь к ней. – Всему своё время, – добавляю и, оставив поцелуй на её лбу, выхожу из комнаты.

Надо ускорить процесс с компанией и избавиться уже от одной из проблем.

Моя жизнь сделала крутой поворот, прямо очень крутой. И, наверное, впервые я так счастлива. Временами меня накрывает апатия, мучает совесть, что я так поступаю с мамой, но пара фраз от неё в мою сторону, и всё проходит. Понимание, что это неправильно всё равно присутствует, но не грызёт так сильно, как в самом начале. Скорее всего причина в Руслане, в том, что он не даёт мне приуныть и мучать себя мыслями.

Он стал другим. Хотя, возможно, у меня розовые очки, за которыми ничего не видно, но я правда счастлива. Привыкла к его жёсткому темпу, к тому, что мы, словно подростки, прячемся по углам и даже не обижаюсь, когда он при маме бросает мне замечания. Но знаю, что мои короткие шорты и облегающая одежда возбуждают, и из-за этого он злится.