Отчим в моей постели

Мне, конечно, приятно, и, само собой, радует, что он решил позаботиться обо всём. Это прямое подтверждение тому, что наше вчерашние безумие не одноразовая «акция». Выхожу к ним всё ещё в подвешенном состоянии и с огромным желанием убраться отсюда поскорее.

– Я так понимаю, у вас ятрофобия? – обращает своё внимание ко мне мужчина.

Пожимаю плечами, понятия не имея о чём он говорит. Но раз в этом слове присутствует фобия, несложно догадаться.

– Это ещё что? – рычит на него Руслан.

– Ятрофобия – это страх перед врачами или медицинским персоналом, а также теми, кто носит врачебную форму, – поясняет доктор. – Странно, что вы не посещаете специалиста, – задумчиво проговаривает он.

Мне было проще не ходить по врачам, чем идти к маме и жаловаться, что я боюсь дядей в белом халате.

– Держите, – врач протягивает Руслану белый квадратик. – Обязательно принять сегодня, – даёт указание.

– Я помню, – не совсем вежливо отвечает Руслан и, попрощавшись с мужчиной, подталкивает меня к выходу.

Прихожу в себя только когда оказываемся на улице, и утренний свежий воздух наполняет лёгкие. Закрыв глаза, я глубоко вдыхаю и выдыхаю, едва заметно улыбаясь лучам зимнего солнца.

– Давай-давай, – поторапливает меня Руслан.

Забравшись в машину, мы едем обратно домой так же в тишине и спешке. Думаю, как лучше начать разговор. Как спросить, что будет с нами дальше, потому что мне нужна какая-то определённость. И я точно не горю желанием делить его с собственной матерью. Но пока собираюсь с мыслями, мы уже доезжаем до дома.

– Выпей эту пилюлю, – бросает мне на колени тот самый квадратик. – Из дома ни ногой, вечером приду – проверю, – обыденным тоном отдаёт приказ, даже не удостоив меня взглядом.

– Я что, твоя собственность? – не удержалась от язвительности.

– Именно так, – уверенно кивает. – Иди!

Округляю глаза, но, не желая спорить, выхожу из машины и захлопываю дверь так, чтобы он понял моё негодование. Только судя по тому, как резко Руслан дал по газам, ему нет до этого никакого дела.

Лениво перебирая ногами, иду к дому, размышляя над своим походом к врачу, и улыбаюсь, вспоминая, как Руслан держал меня за руку. Его поддержка действует на меня не хуже, чем те же успокоительные. И чувствовать его тепло намного приятнее.

– Где ты была? – раздаётся голос мамы, как только я захожу в дом.

Дав по газам, несусь на склад, куда ночью привезли новую партию непригодной техники и нечто такое, что мне “самому надо видеть”, по словам директора склада. Я должен быть там ещё два часа назад, но не мог оставить Леру.

Вчера мне крышу сорвало, когда понял, что она нетронута. Что никто не был между её ног, кроме меня. Все предохранители к чертям собачьим. Теперь Леру никто и не тронет. Даже если бы не была девственницей, мнение было бы тоже самое.