Отчим в моей постели

– Что за истерики? – хмурюсь я. – Соскучилась по заточению, м? – рычу на неё, но девчонка и глазом не моргает.

– Мне плевать! Отпусти и не смей больше ко мне прикасаться, – твёрдым тоном выпаливает, но глаза уже на мокром месте.

Внутри что-то переворачивается, рука дёргается стереть с розовых щёк слезу, но я не позволяю себе этого сделать. Сжимаю её подбородок, заставляя задрать голову выше, и смотрю в явно заплаканные глаза.

– Не дразни зверя, он может тебя и сожрать, – тихо проговариваю и впиваюсь в обветренные губы.

Лера издаёт едва слышный всхлип, но не сопротивляется, даже начинает отвечать на поцелуй. Расслабившись, я ослабеваю хватку на локте девушки, изучая её рот своим языком и наслаждаясь пухлыми губами.

Через мгновение язык пронзает острая боль, и во рту чувствуется привкус железа. Девчонка разрывает поцелуй, толкает меня в грудь и, обходя меня стороной, бежит в дом.

– Сучка! – шиплю я, прикусив кулак.

Когти показывает, и это, мать вашу, вызывает ещё большее уважение и жуткое желание подчинить её.

Стою на ступеньках минут пять, не больше, борюсь сам с собой. Остываю, чтобы не разорвать эту несносную девчонку в клочья. И я не о физическом вреде.

Выдохнув, поднимаюсь обратно в дом. Я обязательно накажу девочку, и шага из дома больше не сделает, раз такая дерзкая. И надо пересмотреть приказ приставленного к ней человека. С этого дня будет докладывать мне о каждом её передвижении.

Не успеваю зайти в дом, как до меня доносится женский крик, да такой, что уши в трубочки скручиваются.

– Сколько можно тебе говорить? Что на этот раз натворила? – орёт на дочь Мила.

Застываю на месте и внимательно слушаю, что ответит Лера.

– Я ничего не сделала, – устало отвечает она. – Хватит взваливать на меня свои проблемы, – почти умоляет мать.

– Если бы не устраивала проблем мне, я бы тебя вообще не трогала, – понижает голос моя невестушка. – Ты позоришь меня перед Русланом! Ты хоть понимаешь, что он за человек?

– А надо? Он женится на тебе, какое мне дело? – пытается вести себя нормально, но голос по-прежнему дрожит, и у меня уже вопрос возникает: всё ли у неё в порядке?!

– Ты – маленькая дрянь! Не строй из себя дуру! Ты прекрасно понимаешь, что мы с тобой семья, знаешь какой у нас статус, и как это может повлиять на репутацию. А если ты продолжишь где-то шляться по ночам, это может плохо кончиться. Что если твои похождения запечатлит какой-нибудь журналист, и завтра во всех газетах будет твоя фотография, а?

– Что ты такое говоришь? – спрашивает её Лера с обидой в голосе. – Ты правда думаешь, что я бы стала…

– Не думаю, а знаю. Я была в твоём возрасте – гормоны шалят, хочется всё попробовать, – признаётся Мила, чем нисколько меня не удивляет.