Отчим в моей постели

Продолжая таранить меня тяжелым взглядом, он вытаскивает из кармана брюк телефон, на экране которого светится звонок от моей мамы.

Вдруг к глазам подкатывают слёзы, пальцы рук заметно дрожат, и я дёргаюсь в сторону, чтобы убежать в свою комнату. Но не успеваю и шага сделать, как Руслан впивается в мой локоть и удерживает на месте, попутно отвечая на звонок.

– Да, дорогая, – нежным тоном, будто специально хочет меня задеть.

И к моему сожалению, ему это удаётся. Резкая боль пронзает грудь, а непонятно откуда взявшийся ком в горле не даёт вдохнуть.

Истерически пытаюсь отцепить его пальцы от своего локтя, судорожно всхлипывая. Но он держит меня стальной хваткой.

– Сама разобраться никак? – недовольно спрашивает он в трубку. – Ясно, – кивает самому себе. – Сейчас приеду, – вздыхает, и эти его слова окончательно меня злят.

Наклонившись, я изо всех сил кусаю его за запястье, и наконец-то, зашипев, Руслан разжимает пальцы, и я тут же убегаю, чуть не споткнувшись на ступеньках. А добравшись до своей комнаты, со всей силы хлопаю дверью и закрываю её на ключ. Прислонившись к твёрдой поверхности, сползаю на пол и, накрыв голову руками, плачу как ребёнок.

Что я наделала? Что он наделал? Зачем?

Господи, пусть это будет сон! Я сейчас проснусь, и всё развеется как дым.

Ущипнув себя, я воплю, как раненый зверёк, от понимания, что никакой это не сон, а самая настоящая реальность. Я только что обжималась со своим будущем отчимом. Он меня поцеловал. Поцеловал!

Как никто и никогда не целовал.

Как мне с этим дальше жить? Как жить с ним в одном доме? Мне так стыдно. Перед ним, перед мамой, перед всем белым светом. Не зря он меня шлюхой называл, я такая и есть. Кто в здравом уме позволит себе такое?! Никто. Таких дур, как я, больше нет.

Поднявшись с пола и вытирая мокрые щёки, иду на негнущихся ногах к кровати и забираюсь на неё. Обняв декоративную подушку, сворачиваюсь калачиком и продолжаю лить слёзы. Ругаю и жалею себя одновременно, пока не засыпаю.

А проснувшись, когда солнце уже высоко, я чувствую себя ещё более уставшей, чем когда легла. Воспоминания вчерашнего вечера, как обухом по голове. И страшнее всего то, что от одних воспоминаний меня бросает в дрожь. Приятную и возбуждающую дрожь, словно что-то тёплое, мягкое. От этого ещё паршивее на душе, потому что это ненормально. Всё, что я должна чувствовать к нему – это ненависть и злость, но не приятные чувства.

– Я его ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! – повторяю, как мантру, пытаясь убедить саму себя в этом.

Встаю с кровати и, схватив с прикроватной тумбочки свои умные часы, радуюсь, что они показывают почти двенадцать дня. Значит Руслана дома уже нет, и я могу спокойно спуститься на кухню и поесть. От нервов у меня всегда появляется аппетит, душа требует вкусняшек.