Порочный отчим

Прихожу в полный ужас!

Бо-же…

Гад только что шлепнул меня по заднице!

И жадно её сжал, хорошенько потрепав одну булочку.

— Выглядишь так, будто в обморок грохнешься.

Рычит это, усмехаясь, и голодно таращится на мои губы, которые я облизываю.

Мои зрачки расширяются от удивления и адреналина, превратившего кровь в лаву.

Палец мужлана опускается на подбородок.

По-собственнически ложится на приоткрытые губы.

В этот момент я не дышу.

А сердце почти не бьётся.

Он касается моих губ пальцем. Проводит по ним, очерчивая контур, будто дразнит, разжигая внизу живота странную жажду. А я удивляюсь, как такой амбал неотёсанный может быть настолько чувственным?

Медведь сжимает указательным и средним пальцем мою нижнюю губу, слегка оттягивает.

Зрачки бойца темнеют как у хищника, перед броском на добычу.

Опасный миг...

— Сейчас быстро приведу в чувства!

Рассмеявшись, рывком тянет меня на себе и… страстно целует в губы.

Мама… Дорогая!

Поцелуй пылкий, жёсткий и горячий. Он нагло раздвигает мои губы своими, скользит языком глубже в рот и вытворяет там безумные вещи — вкручивается шаловливым языком как сверлом, показывая мне своей звериной страстью кто здесь хозяин.

Этот поцелуй слишком порочный. Взрослый. Сумасшедший.

До дрожи и надвигающегося обморока.

Я никогда так пылко не целовалась.

Это что-то из ряда фантастики.

Это танец на лезвие ножа…

Красная зона!

Куда соваться опасно для жизни.

— Блять! Какая ты сладкая!

Оттлокнувшись, опять жадно хватает меня, но уже за волосы, и ещё раз смачно вонзается в губы.

Теперь он меня не целует, а грубо трахает, двигая языком жёстче и быстрее, сплетаясь с моим.

Просто безумие!

Губы быстро опухают, а сердце разрывается в груди от адреналина.

— А-р-р! Не оторваться… — шипит точно в мой рот, скалясь. — Охота трахать твой ротик вечно! Откуда ты такая вкусная взялась?

Нехотя отстраняется, чтобы оценить качество пойманной добычи.

Да, теперь я его. Его лакомая добыча!

Не нужно слов, чтобы понять, ведь подчиняющий взгляд незнакомца говорит сам за себя. Его светло-карие глаза, почти янтарные, волчьи, внимательно рассматриваю моё раскрасневшееся лицо, оценивая реакцию.

Он сильнее вжимает меня в себя. Насаживает бедром на что-то каменное и горячее, опасно выпирающее из штанов.

Краснею. Потому что понимаю, это это не ремень брюк, а кое-что другое — его неудержимая мужская мощь.

Размерчик впечатляет!"

"Медведь пошло трётся своим гигантом о мой живот, отчего мои трусики быстро становятся мокрыми, причиняя дискомфорт.

— Ох-ре-неть… Ты как грёбаный мармелад, таешь на языке! Идём со мной, живо! Наверх. Там нам никто не помешает.

Пухлые губы громилы, которыми он меня так дико терзал, растягиваются в дьявольской ухмылке.

— Но…

Пытаюсь упираться.