Отчаянный шаг

Почти не дыша, в полной безнадежности она уткнулась лицом в подушку, не веря, что тело Сола наконец отдаляется от нее.

— Пусть будет по-твоему, — донеслось до нее, и в этих словах звучала ледяная холодность, — но тебе нужно подумать... либо я буду тебе мужем в полном смысле этого слова, либо ты не получишь ничего, Пенни. Вообще ничего...

Пенни обхватила голову руками, ее тело содрогалось от рыданий. Она не видела, как он отошел от кровати и начал одеваться.

Спустя пять минут она благословляла наступившую тишину, когда Сол, не сказав больше ни слова, вышел из комнаты.

Встав с постели, Пенни почувствовала себя совсем разбитой, болело все тело, каждый сустав. Она постояла мгновение, пытаясь собраться с мыслями.

Единственное, в чем она была убеждена, — это что события разворачивались слишком быстро и принимать какое-либо решение в ее нынешнем нервозном состоянии значило только усугубить и без того отчаянное положение. Если бы ей только удалось выспаться ночью — конечно же, утром, на свежую голову, она что-нибудь придумает...

Пенни вдруг вспомнила о таблетках — снотворном, которое доктор посоветовал ей принимать после катастрофы в Мексике. Она так и не приняла ни одной таблетки, хотя порой долгими одинокими ночами ее мучила бессонница, когда особенно остро чувствовалась боль утраты. Но она боялась: вдруг после приема снотворного будет крепко спать, а в это время заплачет Люси. И она решила отказаться от временного облегчения, которое могло принести снотворное, в ту первую неделю, когда она училась жить, зная, что ее родных нет больше на свете.

Пенни тяжело вздохнула. Теперь другая женщина ухаживает за её дорогой Люси, а человек, за которого она вышла замуж, которому доверилась, угрожает погубить все ее так тщательно продуманные планы, так что ей теперь незачем бодрствовать ночью!

Пенни взяла из сумочки таблетки, приняла необходимую дозу, и ко времени, когда разделась и приняла душ, сон уже подкрался к ней; полусонная, она едва забралась на широкую двуспальную кровать, устроившись поудобнее, как можно дальше от центра, и тут же погрузилась в глубокий сон.

Было уже девять часов утра, когда она проснулась, с трудом открыла глаза, стараясь стряхнуть остатки искусственного сна. В висках пульсировала кровь, в горле першило — хорошо хоть не было других последствий приема этого снотворного, подумала Пенни.

Внезапно она ощутила какое-то тепло рядом с ней — значит, Сол вернулся! Сердце у нее забилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Со всей отчетливостью ужасные события прошлого вечера предстали, перед ней.