Отбор вне правил

Вот!

— Дорогая, Ками, — перехватил её ладонь, отводя от своей груди, — тогда постарайся вести себя так, чтобы меня хоть иногда покидало желание придушить тебя.

— То и видно, — фыркнула она, с силой дёрнув руку.

И я не стал её удерживать. Оставался спокойным, хотя раздражение ворочалось внутри клубком ядовитых змей, готовых ужалить посильнее причину моего негодования.

— Придушить меня хочешь, — она демонстративно подтянула декольте платья.

— Мне казалось, ты только рада, что мужчины оценивают тебя с вполне определённой целью.

Щеки её вспыхнули ярким румянцем, а ладонь взметнулась для пощёчины. Остановил её в последний момент, перехватив тонкое запястье.

— Ками, давай, чтобы избежать новых синяков, я сделаю вид, что этого эпизода не произошло, а ты отправишься в свою комнату, чтобы освежиться с дороги?

— Гад, — еле слышно прошипела она, отступая, когда её рука получила свободу.

Камилла стремительно развернулась и скрылась в комнате, громко хлопнув дверью. Но потом выглянула из-за неё:

— И не называй меня Ками, — прожгла яростным взглядом и вновь захлопнула дверь.

Тяжко вздохнув, я устало растёр переносицу. Мы точно погибнем.

/Дамиан/

Я торопливо брёл по тёмным коридорам лабиринта. Охота завершилась ожидаемым нападением на Бриджит и Камиллу, но итог вышел неоднозначным. Бриджит отравлена и сейчас находится под наблюдением врачей. Камилла напугана, ведь не сумела выполнить инструкции. А меня в срочном порядке вызвал Викториан, наплевав на все меры предосторожности.

На этот раз встреча состоялась в беседке, почти в центре лабиринта. Палач явился сам, стоило мне войти в полумрак строения. Я почти не видел его лица, но физически ощущал исходящую от него ярость.

— Миссия провалена, — без предисловий сообщил он.

— Что?

— Камелия предала нас. Активируй браслет. И избавься от неё!

Глава 19

/Дамиан/

— Что? — ладони непроизвольно сжались в кулаки, и мне понадобилось все моё самообладание, чтобы не выдать разразившуюся в душе бурю.

ан, когда в порыве я рванула ворот его рубашки. — Я хочу растянуть эту ночь.

На мгновение карие глаза потускнели. Наверное, и он желал забыться, отбросить прочь тревоги. Ведь мы оба парим в неизвестности, балансируя между тайнами и интригами.

— И я, — чуть отстранилась.

Тело дрожало, грудь вздымалась от учащённого дыхания, и огромных трудов стоило приняться в неторопливом темпе расстёгивать пуговицы его рубашки. Особенно, когда он так смотрит, со страстью и вожделением, когда сжимает ладонями бёдра, словно борясь с желанием бросить меня на кровать.

Но вот наконец пуговицы закончились, я провела ладонями по рельефной груди, ощущая, как напрягаются мышцы под загорелой кожей. Отодвинула ткань рубашки и пиджака.