Отбор с осложнениями

Вилли пошел назад ко дворцу, столкнувшись в воротах с еще одной менталисткой — симпатичной и молоденькой, но лишь отстраненно скользнул по ней взглядом. Однако сердце его забилось быстрее, когда он увидел вдали светлые волосы и стройную фигурку, и Вилли ускорил шаг.

Амалия Стетхейм сидела под фонтаном и украдкой вытирала слезы. Остановившись перед ней, Вилли вынул из кармана платок и протянул его девушке. Она испуганно вскочила, щеки ее зарозовели от смущения.

— Вы в порядке? — спросил Вилли.

— А вы? — она с удивлением осмотрела насквозь промокшего принца.

Он улыбнулся:

— День выдался жарким, решил окунуться. Я могу вам чем-нибудь помочь?

— О, нет, благодарю, — тихо ответила она. — Простите, я не знала, что встречу тут вас. Я надеялась побыть одна.

— В таком случае, сад — не самое удачное место, — вздохнул Вилли, садясь на бортик фонтана. — Сегодня тут народу, как на базаре. Почему вы плакали?

Амалия вздохнула и, помешкав, села рядом с ним, расправляя и сминая платок в руках.

— Наверное, мне лучше уехать, — прошептала она.

— Что? — удивился принц. — И вы туда же? Я начинаю думать, что со мной что-то не так!

— Что вы! — спохватилась Амалия. — Вы замечательный! Вы такой…

— Какой? — заинтересовался Вилли, чуть склонив голову на бок.

Амалия опустила ресницы, и румянец на ее щеках стал еще ярче.

— Простите мою несдержанность, — произнесла она. — Я для вас одна из многих, незнакомка. А вы для меня...

— Вы ведь были помолвлены, — напомнил Вилли.

Она слегка вздрогнула, и принц тут же пожалел о сказанном, но слова было не вернуть.

— Вы правы, — тихо призналась Амалия, — но когда помолвку разорвали, все, что я испытала — облегчение. Конечно, вы не помните, но мы с вами уже были знакомы раньше. Королевская семья приезжала в наш замок однажды, на свадьбу моего брата. Мне было тринадцать, и вы танцевали со мной на балу.

— Правда? — переспросил Вилли. — Постойте-ка! Это не с вами мы потом сбежали из дворца? И вы показывали мне белую лошадь с гривой чище снега? А потом мы дразнили охрану и гуляли по крышам под самыми звездами?

— Да! — радостно воскликнула Амалия. Глаза ее засияли, и слезы моментально просохли. — Вы помните?

Кто бы мог подумать, что угловатая смешливая девчонка в нелепом розовом платье вырастет в такую красавицу?!

— Это был один из лучших праздников, — улыбнулся Вилли. — Хоть мне потом и влетело. Но, Амалия, вы так и не сказали, почему хотите уехать?

— Этот отбор... — она в сердцах смяла платок, но потом снова расправила его, и от Вилли не укрылось, с какой нежностью она провела пальчиком по анаграмме, вышитой в уголке. — Я чувствую себя вещью, выставленной на продажу. И еще менталистка, которая не дает мне ступить и шагу без нее... В моей голове будто поселился кто-то другой.