Отбор для Короля волков

 — И наверняка бы они ей воспользовались, если бы у нее было колесо!

Николетта несколько раз кивнула:

— Неужели вы не видите, что оно сломано?! Телегу не починить. Мы можем помочь этим людям донести их вещи в крепость.

Оборотень выглядел удивленным таким отпором и не сразу ответил.

— А как же испытание?

Аглая развернулась и пошла к Берте:

— Знаете, если вам так важны ваши испытания… почему бы вам самим их не пройти? А мы с леди Николеттой выберем, какой из Волчьих сыновей нас достоин.

— Так вы нам поможете? — Тоненький голосок Николетты разнесся по оглушающей тишине.

— Если леди Жермена и леди Элори задержатся, то упустят свои шансы выиграть это испытание.

— Возможно, мы могли бы… — Жермена смотрела прямо на Аглаю и, кажется, хотела помочь.

— Нет, леди Жермена. Тогда мы точно проиграем. У нас есть шанс на победу. Эти люди… в надежных руках княжны.

Аглая не могла не заметить такую откровенную шпильку. Похоже, маленькая мерзавка осмелела. Она начинала понимать Аглаиду. В этом мире принимали только три вещи: силу, власть и жесткость. Все остальное считалось слабостью и недостатком. Что ж, ей к этому не привыкать.

— Идемте. Нам нужно торопиться. — Элори поспешила прочь. Жермена и оборотень, молча, последовали за ней.

Аглая повернулась к Николетте:

— Вы тоже можете идти, леди Николетта. У вас есть хорошие шансы на победу. Йелек прав — нужно пройти испытание.

— А как же вы? Вам ведь тоже нужно. И госпожа Берта с господином Бертраном? Мы не можем оставить их.

Аглая улыбнулась:

— Я вообще не должна была участвовать. И я не собираюсь выходить замуж, соревнуясь в перетаскивании песка. Я самая неподходящая жена для Волчьего сына. — Она повернулась к старикам. — А вы не переживайте. Все, что сможем отнести, мы отнесем. А как только окажемся в крепости, я пришлю сюда стражников, и она заберут остальное.

Зеленые глаза старика сверкнули неестественной зеленью, и в душу Аглаи закралось нехорошее подозрение. Бертран смотрел на нее с неожиданным уважением. Берта благодарно улыбнулась, но не успела ничего сказать. Ее опередила Николетта.

— Ну вот еще чего! Я тоже с вами иду. Потом буду всем хвастать, что спасла едва не сорванную Ночь Личин. Как же праздник и без масок?! А вы Йелек, можете отправляться к… к остальным и сообщить, что мы с леди Аглаидой выбыли из испытания.

Йелек не выглядел ни огорченным, ни разозленным. Наоборот, он словно бы успокоился и расслабился. Такая смена настроения Аглаю удивляла.

— Я не посыльный, леди Николетта. Я — ваша охрана. — Он вздохнул. — И, видимо, еще и носильщик.

— О, чудесно! Тогда самые тяжелые мешки несете вы."

"Аглая удивилась той легкости, которую ощутила. Она не хотела, чтобы из-за ее решения страдала Николетта. Она казалась милой и доброй девушкой.