Отбор для дракона (СИ)

Носатая девица подошла к нам.

– Меня зовут Кассия, графиня Кальвис.

Нам пришлось представиться в ответ. Графиня села рядом со мной, по другую руку от Делии.

– И я хочу принести извинения. Вам, баронесса Асторга, и вам, баронесса Рейнер.

Делия, кажется, на несколько мгновений лишилась дара речи. Я тоже не нашлась, что ответить, а графиня между тем продолжала:

– То, что начиналось как шутка – злая, но все же шутка, – едва не превратилось в неоправданную жестокость. Одно дело – облить чересчур навязчивого кавалера, который способен за себя постоять, совсем другое – девушку, никого ничем не обидевшую. Герцогиня заигралась. Вы были совершенно правы, охладив ее пыл. Я тоже получила по заслугам, к стыду своему вовремя не сообразив, что веселье зашло слишком далеко. Еще раз приношу свои извинения.

– По вашей милости нам пришлось пережить не слишком приятную беседу с дознавателем, – надулась Делия.

– Мы тоже ее не избежали. Господину Гримани я сказала ровно то же самое, что вам сейчас: герцогиня получила по заслугам.

Интересно, врет или нет? Господин Гримани утверждал, будто герцогиня… Герцогиня, а не графиня! Может быть, потому он так скоро и поверил в мою версию. А герцог был вовсе ни при чем?

– Мне не за что на вас обижаться, – сказала я. – В конце концов, пострадали вы, а не я.

– Вы в самом деле добры и великодушны, – сказала графиня. – И если я хоть что-то понимаю, вам не стоит расстраиваться раньше времени. Просто непоследовательно сперва проверять нас на готовность помочь ближнему, а потом выгонять ровно за это же.

Она говорила негромко, но ее услышали.

– Может, и непоследовательно, но подарок император преподнес той, кто почтила его должным образом, вместо того чтобы возиться с притворщицей. – «Пирожное» указала на девушку, которой император первой вручил шкатулку.

Я пожала плечами и не стала спорить. Кто знает, что на уме у императора? «Он не из тех, кто откровенничает со всеми подряд», – вспомнила я. Будь что будет.

***

Император

Свита удалилась в комнату около трапезной, рядом с ним остался только распорядитель.

– Могу я спросить, почему вы отвергли именно этих? – почтительно поинтересовался граф Боул.

– Они не понравились дракону.

«Разгони их!» – рявкнул Эрвин, заставив императора мысленно поморщиться."

"Первые месяцы после слияния разумов он думал, что сойдет с ума. Потом привык. В конце концов, у каждого человека есть внутренний собеседник. Порой он говорит голосом родителей, порой – учителей, иногда – так и не выросшего ребенка, которым сам человек когда-то был, или взрослого друга или недруга. А у императора этот внутренний собеседник – дракон, только и всего. Созданная из чистой магии ящерица, рядом с которой он сам – неразумный младенец.

«Сам ты ящерица!» – фыркнул Эрвин.