Отбор для Черного дракона

Фиолетовый, красный, золотистый, синий… Такого я никогда ранее не видела! К тому же он издавал равномерный вибрирующий звук, словно где-то внутри, в разноцветном мареве, билось огромное невидимое сердце.

Этот самый туман наползал на низину, а дальше, как бы долго и старательно я в него не всматривалась, ничего не было. Казалось, он поглотил весь оставшийся мир, оставив вместо него лишь свое переливающееся нутро.

Нет, это вовсе не походило на алтарь Темных Богов!

«Что же это такое?» — спросила я у принца растеряно.

Вместо ответа Рион пояснил, что нам нужно приземлиться возле озера, на незатронутом туманом берегу.

— Радужная Энтропия, — пояснил мне уже в человеческом обличии. — Это и есть самая большая наша беда, с которой мы боремся с момента ее возникновения. Но, возможно, в ней кроется спасение для Лиллиан Денг.

В человеческой ипостаси интенсивность сияния значительно уменьшилось, к тому же исчез тот мерный гул, который различало драконье ухо. Зато радужные переливы пропадать не спешили. В какой-то момент мне показалось, что передо мной — живое существо, разумное, понимающее. Потому что, стоило нам лишь приземлиться, как туман заклубился куда активнее и потянул к нам свои полупрозрачные лапы.

Я отшатнулась.

— Не бойся! — успокоил меня Рион. — Она просто пришла поздороваться.

Зато Видар здороваться или любоваться туманом не стал. Коротко кивнул брату, затем снова подхватил Лилли на руки и отправился с ней к озеру. И я смотрела, раскрыв не только глаза, но и рот, как он заходил в воду — все глубже и глубже, — продвигаясь все дальше в радужный туман, пока тот не поглотил их полностью.

Они исчезли, и мне стало неописуемо жутко.

Но тут заговорил Рион и рассказал мне о таких вещах, о которых я даже не подозревала. О том, что они скрывали почти три сотни лет. Пытались остановить Радужную Энтропию — так в Улайде назвали это явление, — но все попытки оказались тщетными. Из-за этого двести лет назад было принято решение закрыть часть Сундарских Скал, запретив полеты над разрастающейся Энтропией, и вывезти жителей из деревень на пути ее следования.

Но все равно находились те, кто попадал под ее воздействие. Дикие звери, например, у которых после встречи с туманом частенько наблюдались приступы необъяснимой агрессии. Случалось, они даже увеличивались в размерах или принимали жуткие формы, нехарактерные для этого мира.

Люди тоже серьезно пострадали от Радужной Энтропии. До этого было много попыток ее исследовать, и почти все смельчаки поплатились своей жизнью. Подавляющая их часть исчезла в Радужной Энтропии навсегда. Но были и те, кто все-таки вернулся. Правда, уже не такими, как прежде.

Люди сходили с ума, полностью утрачивали разум.