Отбитая. Том 2

— Немного.

Высокий крепкий брюнет, вот и вся их похожесть.

— А вот Катя с дедом и Кариночкой нашей. Ты ведь знаешь про Карину? — спросила Нинель Вадима.

— Да.

— Раиса налей по крайней, за нашу внученьку.

Обе бабушки выпили не чокаясь, Катя тихонько ткнула пальчиком на настоящую себя рядом с дедушкой, Вадим обнял её крепче и она грустно улыбнулась.

— Мать твоя, паршивка, взяла и все ваши фотографии все выкинула! — сказала мать этой самой паршивки. — Спрашиваю у неё как-то, где все ваши детские фотографии, хоть посмотрю на Кариночку нашу, вспомню. Нет, блять, всё выкинула!

— Рая, ну не надо так! Ну совсем она тогда плохая была, — покачала головой Нинель.

— Они у меня. Я их достала тогда из помойки, приезжайте к нам с Вадимом в гости, покажу, — тихо сказала Карина.

Вадим с Катей посидели ещё около часа, уже стемнело, а их всё никак не отпускали из гостей.

— А где вы будете ночевать? У нас?

— У вас? Папа вам сказал, что мать меня больше на порог не пустит? — повесила носик Катя.

— Сказал. Как всех гостей из дома разогнал, так и позвонил. Ну дочь моя, артистка, блять! Всё ей не так и не эдак, мало её сынок твой порет, Нинка, надо больше! Совсем распоясалась! — проворчала Раиса в сторону сватьи.

— Рая, ей пятьдесят годочков. Куда уж её воспитывать? Витя терпит по-христиански.

— Как знакомо, — прошептал Вадим Кате на ушко. — Поехали домой?

— Поехали ко мне. Сил нет домой ехать.

* * *"

"Катя проплакала полночи, утыкаясь лицом в грудь мужа, который гладил её по волосам и пытался успокоить, он стирал с её лица слёзы, но никак не мог их остановить. Как и Катя рассказывала ему всё, что чувствовала тогда, когда заняла место сестры и притворялась ею. Отец почти год с ними не жил, мать была в прострации, явные изменения в поведении и характере дочери они списали на подростковый возраст. Вадим ставил это утверждение под сомнение.

Единственный раз когда Катя улыбнулась это когда она рассказывала о Бублике, огромном алабае, что жил во дворе их дома с её восьми лет. Вадим вдруг ощутил всю глубину её одиночества, девочка, единственным другом которой была собака.

— Бублик знал, кто я, и мне этого было достаточно… — всхлипывала Катя, рассказывая о нём. — Он умер, когда я лежала в коме после родов. Просто сердце остановилось. Так по нему скучаю. Вадим, а мы заведём с тобой собаку? Я очень хочу!

— Давай сначала заведём детей, а там дальше посмотрим. Собаку, кошку, хомячка, может, даже енота заведём, кого захочешь, — улыбнулся он, стирая слёзы с её лица.

Она расплылась в счастливой улыбке, уткнулась носом ему в грудь и через некоторое время уснула, изредка всхлипывая во сне.

* * *Прошло несколько дней, как Крымские вернулись из семейной поездки.