Отбитая

Катя чуть прикусила ему губу и отпрянула:

— Великан, не хмурь так брови — срастутся на переносице, будешь вылитый мой деда Вася! — улыбнулась она, сияя голубыми глазами.

Катя снова потянулась к нему губами, но их прервал звонок в дверь.

— Ой, это ко мне. Раздевайся, проходи

Это был всего лишь курьер, который принес Кате большой пакет и она за него расписалась, не открывая, унесла его в спальню.

Как только она вышла оттуда, он протянул ей цветы, она расплылась в широченной улыбке.

— Ой, это тоже мне? Спасибо! Проходи в зал, я цветы пока поставлю.

Он сел на диван, Катя прискакала с вазой, ставя её на журнальный столик. Она тщательно поправляла каждый бутон, высунув кончик языка.

— Игорь сказал, что Свиридов его пригласил в сауну, опять на херню всякую продавливать будет. Такой он, конечно, манипулятор. Хорошо, что ты с Игорем идёшь, он иногда не может сказать твёрдое «нет», особенно, если это старый знакомый. Этики, что с них взять? Я вот только на фиг могу послать, вместо хера, это максимум моей этичности.

— А у тебя какие планы?

— Иду в оперный театр, с мамой, — вздохнула она и резко выпрямилась, подошла к нему и встала напротив, уперев руки в бока. — Позвала меня с месяц назад, ни словом не напоминала, ни за неделю, ни за два дня, ни вчера! Звонит мне сегодня: «Ну что доченька мы сегодня в шесть встречаемся, папа с Сашкой домой поедут пиво пить, с внуками общаться, а мы с Улей тебя около театра будем ждать!».

Катя вскинула руки и начала активно жестикулировать.

— И эта Шпуля, редиска, мне даже не напомнила! А я взяла и ляпнула, что забыла! А-а-а-а, да на меня такая лавина брани свалилась, я чуть заживо не померла под ней! «Да как так можно забыть? Да у нас же традиция под Новый год туда ходить. Прочь, непокорная дочь!». Ну забыла я, бывает такое! Забыла!

Катя сжала кулачки и вытянула ручки вниз, топнув ножкой и злобно пропыхтев под нос ругательства, кажется, на испанском. Вадим улыбнулся, в её родственниках он уже немного разбирался: Саша — её родной брат, Уля-Шпуля — его жена, её подруга.

— «Совсем тебя на работе твоей заездили! Ничего не видишь кроме неё!»

Вадим с улыбкой наблюдал за её мини-истерикой и протянул к ней руки.

— Давай, иди сюда, на коленочках покатаю, успокоишься.

Катя улыбнулась ему и тут же уселась на него, перекинув обе ноги через его бёдра, она обняла его за шею и чмокнула в губы.

— Я сегодня поздно освобожусь, ты как? Заеду к тебе после.

— Не получится, они с папой у меня ночуют, — печально вздохнула Катя. — Ну, если только прям очень тихо, возможно, папа тебя не убьёт.

— А завтра твоё величество свободно?

— Нет. Я еду с утра на горнолыжку на все выходные. С друзьями, мы договорились позавчера ещё. Давай в понедельник, а то я после катания, как выжатый лимон, приезжаю и сплю.