От солянки до хот-дога. Истории о еде и не только

Итак, по карману мне был только дешевый «Тати» – огромный универмаг, презираемый добропорядочной публикой. Даже ходить по улицам с сине-розовыми пакетами из «Тати» было не очень прилично, там одевались самые бедные французы ну и, разумеется, мы, руссо туристо. И вот я там. Все роются в горах тряпья. Я растерялась, но моя опытная подруга взяла все в свои руки. И мы со всем справились: кому маечку, а кому кофточку. Кому трусы, а кому косынку. Любимому сыночку мы даже справили джинсы. И еще кое-что осталось на продукты к праздничному столу.

Накануне отъезда мы пошли в продуктовый. Даже я, человек неопытный, приехавший из голодной страны, поняла, что магазинчик-то так себе: хиленький, грязноватый и очень дешевый. Но на другой денег не было.

Хорошо помню, что я купила: упаковку маленьких сосисок для восьмилетнего сына, уверенно считая, что они детские. Потом мы узнали, что это сосиски коктейльные. Здоровенное недозревшее манго, связку зеленоватых бананов, розовую рыбную икру, кажется, пате, дижонскую горчицу с зернышками, кусок сыра, коробочку бри, «резиновый» мармелад и баночку кока-колы для сына. В дорогу подруга собрала мне бутерброды и яблоки – в общем, с голоду в поезде пропасть не дали.

Приезжаем мы на вокзал, и я вижу такую картину: на перроне стоит кучка моих московских знакомых. Пришли меня проводить? В руках у друзей пакетики и коробочки. Но главное – лица: перепуганные, умоляющие, встревоженные и напряженные. Господи, да что происходит? А происходит вот что – друзья умоляют меня взять посылки для своих родных. Через пару дней праздник, Новый год. А в Москве пусто. Что вам сказать… Конечно, посылочки я взяла. В одной из них была коробка яиц, которые в Москве тогда тоже пропали.

Кстати, нас тогда выручала гуманитарная помощь. Помню, как мы, школьный родительский комитет, ее делили. Что там было, я помню плохо: какие-то вафли, печенья, порошок типа «Несквика». Но самое главное – колбаса в металлических тубах. Колбаса, ветчина, рубленое мясо – называй как хочешь. Тубы были большие, килограмма на полтора, на всех их не хватало. Решили разрезать их пополам. Помню, резались они легко, обычным ножом. И знаете, эта мясоветчина была очень вкусной! Или нам так казалось? Но помню, что шла она на ура – с яичницей, картошкой, макаронами.

Однако вернемся к нашей истории. Ура, еду домой! В гостях хорошо, но как я соскучилась! И, наконец, вокзал в Москве. Вглядываюсь в мутное, темное стекло – вот они, мои бесценные – муж и сын, самые любимые, самые дорогие. Наобнимались, нацеловались. Хотя нет, не наобнимались и не нацеловались, но все у нас впереди! Приезжаем домой. И прямо на пороге я замираю от удивления и растерянности – что это? Весь коридор заставлен коробками. Весь, от пола до потолка.