От солянки до хот-дога. Истории о еде и не только

– Змея, говоришь? В коридоре змея? Ребята, – обращается он к коллегам, – жена говорит, что у нас в коридоре змея!

Коллективное ржание. Дружное такое, громкое. И тут я, неплаксивая, заревела. Тогда наконец до мужа что-то дошло.

Дальше события развивались стремительно – тут же был найден и выслан по адресу человек по кличке Змеелов. Я наблюдала за происходящим в дверной глазок. Маленький такой мужичонка, смешной, в ушанке набекрень и валенках. Вылитый дед Щукарь.

– Дайте мне литровую банку!

– Ага, – говорю, – щас! Открою дверь и дам банку! А если змея заползет в квартиру?

– А куда ж мне ее поло́жить? – обижается мужичок.

– Вы же змеелов, – отвечаю я. – Где же ваши приспособления?

Ладно, собрала остаток воли и банку просунула – а вдруг он обидится и уйдет?

И началось. Опрокинулся старый соседский холодильник, санки, лыжи, посыпалась старая обувь – в общем, весь хлам, собранный нами за годы. Мат стоял десятиэтажный. Рассыпанная картошка валялась на полу. Мужичонка то и дело падал, и выражения ужесточались. И вдруг дикий крик:

И стук в мою дверь. В руке змеелова банка. В банка змея.

– Пусти, – говорит мужичонка, – в ванной помою, хоть узнаем, кто это.

– Ну уж нет. – Я была тверда, как скала. – Если вам так надо, пусть эта тварь примет душ у вас дома! А я вас с ней не пущу – вдруг уйдет в слив или еще куда. Нет, ни за что!

В общем, уехал наш герой с банкой в руке. Выхожу в разгромленный холл и начинаю уборку. Руки дрожат, слезы капают. А если бы пошел мой ребенок?

Муж твердил, что это наверняка был обычный уж. Но мне было все равно – такой стресс.

А вечером позвонил наш Змеелов и сообщил, что змея оказалась среднерусской ядовитой гадюкой. Вот так. Такая вот история приключилась с нами почти в центре Москвы на шестнадцатом этаже семнадцатиэтажного дома.

В советские времена мама ездила за границу по туристическим путевкам. Путевки продавались в ее организации. ГДР, Венгрия, Чехословакия, Польша. Из всех поездок она везла подарки: вещи, обувь, сладкое. Моя сестра была сладкоежкой с самого детства. Из какой-то поездки, кажется из ГДР, мама привезла ей большущую сумку вкусностей. Чего там только не было: вафли в шоколаде, незнакомый нам M&S, шоколадки, жевательный мармелад и, главное, – разноцветные леденцы. За разговорами и рассказами сестрицу мы проглядели. Через пару часов появляется наша девица с виноватым и перепуганным личиком и на вопрос «что случилось?» предъявляет свой язык – распухший, еле умещающийся во рту, малиново-синего цвета.

В общем, что называется, оторвалась по полной. Но надо сказать, что сладкое сестра не разлюбила.

Да, была еще одна смешная или не очень история с моей глюкозозависимой младшей сестрой.