От заката до рассвета

У меня нет ни малейшего желания сидеть за одним столом с этой стервой и ее парнем, но отец сказал, что я обязательно должна быть. Иначе родственники жениха будут задавать вопросы.

Действительно, ведь посторонние люди не знают о том, что происходит в семье известного на всю Европу архитектора Пьера Готье на самом деле. С виду ведь наша семья — пример для подражания.

— Кнопка, ты уже решила, куда будешь поступать после школы? — Спрашивает меня Флёр за день до каникул, когда мы сидим в нашей комнате. Я дописываю мой новый рассказ, а она сидит, уткнувшись в телефон. Наверняка переписывается с Себастианом. Недавно они отметили 2 года вместе.

— В Сорбонну на филологический. Хочу стать писательницей. А ты куда? — я отрываюсь от тетради и поворачиваю к ней голову.

— Да вот думаю. Я бы хотела, чтобы мы остались с тобой вместе. Себас будет поступать в Сорбонну на юридический факультет. Андре на экономический.

— А ты кем хочешь стать по профессии?

— Я бы, наверное, хотела работать с детьми. Может, учителем?

Я закатываю глаза. Только Флёр может любить мелких засранцев и хотеть ими заниматься.

— Флёр, это самая дурацкая профессия, которую только можно придумать.

— Почему? — искренне удивляется и даже немного обижается. — Я люблю детей. И это так интересно — наблюдать за тем, как маленький человек растет и становится личностью. И ты ему в этом помогаешь, напутствуешь.

Меня сейчас стошнит.

— И учителем какого предмета ты хочешь быть?

— Не важно, какого. Мне одинаково хорошо даются все дисциплины. Но я бы хотела и дальше быть с тобой вместе, поэтому, наверное, пойду с тобой на филологический. Что скажешь?

— Ты же знаешь, что я буду только счастлива, если мы с тобой и дальше останемся вместе.

Насколько мучительно мне видеть Флёр вместе с Себасом, настолько же сильно я люблю подругу. У меня нет никого ближе, чем она. И ее счастье для меня важнее моего. Поэтому я готова сколько угодно наблюдать их вместе, лишь бы у Флёр все было хорошо. Меня только ее здоровье сильно пугает. Она за зиму болела пять раз. Малейший ветер — и все, Флёр тут же простудилась. Совсем иммунитета нет.

Ночью я долго не могу уснуть. Меня одолевает тревога из-за поездки домой. Я привыкла наведываться туда только летом, к тому же мама с Элайзой часто летние месяцы проводят в нашей загородной резиденции, и я остаюсь в Париже одна. Или же я еду за город со всей семьей, но общаюсь там с соседскими детьми. А резиденция очень большая, и я там с мамой и сестрой не пересекаюсь. А тут мне придется целую неделю быть в одной квартире с ними. Она хоть и трехэтажная, но все равно.

Я тупо смотрю в темноту за окном, когда чувствую, как вибрирует телефон под подушкой.