От ненависти

И как-то так вышло, что я тоже научилась не обращать на них внимания.

В постирочной комнате меня ждали несколько большущих корзин с чистым постельным бельем. Бесконечной длины простыни и пододеяльники грозили занять мое время до самого вечера, однако на этом день не закончится. Не успею я справиться с глажкой, как Аза обязательно подоспеет с новым заданием!

Поэтому я редко освобождалась раньше двенадцати. И редко, когда у меня бывали свободные минутки. Моя наставница не упустит возможности заполнить пробелы, будто любой отдых подобен греху! Или в этом она видела главный смысл своего дня? А может хозяева дали Азе такое распоряжение?

В любом случае я не возражала никогда. Да, уставала и порой сетовала внутри на то, что не вижу в жизни ничего, кроме работы. Но у меня не возникало заблуждений насчет своего статуса в этом доме. Я здесь не гостья.

Единственное, в чем домоправительница сохраняла снисхождение — это обеденное время. Уж на пищу в доме Хадиевых не скупились. Правда при всем обилие вкусных блюд, за два года я почти не поправилась. Не привыкла наслаждаться едой — питалась, лишь бы силы были, и быстро, чтобы дела не стояли."

"Разве, что сладкое любила… Но им-то как раз меня баловали редко. Наверное, чтобы на лечение зубов не тратиться. Вот я и ходила худой, раздражая взгляды домочадцев, которых это очень не устраивало.

На самом деле существовали и светлые стороны моей маленькой реальности. Например, то, что хозяева этого дома вели себя со мной максимально обособленно. В отличие них, семья дяди Саида уделяла мне чересчур много внимания, которое всегда было чревато последствиями… Каждый шаг был под контролем, каждая свободная минутка! Его жена, как и его дети, словно только и ждали, когда я оступлюсь, чтобы был повод наказать меня работой, лишний раз словестно унизить или даже ударить…

Здесь же я дышала гораздо свободнее. Со мной говорили отчужденно и в том случае, если я допускала ошибки. Никаких лишних эмоций. Ну и что, что я делала много работы по дому? Это моя плата за проживание, за еду и приют. Я ни в коем случае не жаловалась, а считала это своей обязанностью. Данью уважения. И у меня действительно была причина уважать людей, в доме которых я оставалась эти несколько лет. Все-таки они укрывали меня от внимания нежеланного жениха… И даже чуточку больше положенного времени.

Мне исполнилось восемнадцать пол года назад. Все знали, что это значит. Однако Хадиевы не торопились избавляться от меня или напомнить, что пришло время возвращаться домой. И я была очень благодарна им за это косвенное покровительство. Жаль, они ничего не могли поделать с решением дяди Саида о моем скором замужестве…

Уж лучше бы я работала в доме Хадиевых до конца своих дней, чем то, что мне уготовила судьба.