Беременна от нелюбимого

 — Безумно красивая, — его голос хриплый и тихий. Он щекочет меня своим дыханием, а потом совершенно неожиданно проводит губами дорожку по моей шее.

Я замираю. Пальцы с силой сжимают простыню. Я разрываюсь в своих желаниях. Хочется возмутиться, оттолкнуть Даню — и в то же время притянуть еще ближе, почувствовать под своими ладонями его крепкое тело и найти губами его губы.

Несколько мгновений мы так и лежим, не двигаясь. Я — с силой вцепившись в простыни и поджав пальчики на ногах, и Даня — лаская своим дыханием мою кожу и поглаживая большим пальцем вокруг моего пупка.

Воздух между нами сгущается. Напряжение практически осязаемо. Наше громкое дыхание в тишине комнаты подобно раскатистому грому.

Что дальше? Ведь ясно одно: уснуть этой ночью не получится ни у кого. Молнии прошибают меня одна за другой. Ожидание невыносимо.

Даня становится смелее. Он словно прощупывает границы дозволенного, боится спугнуть меня, боится, что прогоню его. Глупый. Он даже не догадывается, насколько сильно я близка к тому, чтобы наброситься на него первой."

"Его поцелуи целомудренные и легкие. Плечо. Подбородок. Висок. Его губы скользят, вызывая дрожь по всему моему телу. Его руки становятся смелее. Я не возражаю. А когда сил терпеть уже совсем нет, зарываюсь пальцами в его короткие волосы и притягиваю к себе. Требую настоящий взрослый поцелуй. Достаточно прелюдий, ведь еще несколько минут его нерешительности — и точно сбегу.

Его щетина царапает кожу, а поцелуй обжигает. Требовательный, сносит голову напрочь. И именно в этот момент нет никакого чувства неправильности. Наоборот, ощущение, словно все наконец-то встало на свои места. Я там, где должна быть, и с тем, с кем должна быть.

Страсть сжигает нас дотла. Волны удовольствия расходятся по всему телу. Не знала, что это может быть так — первобытно, жарко. Сравнимо со сладкой мукой и болью, граничащей с тягучим сладким наслаждением.

В голове ни единой мысли. Лишь бред, который мы шепчем друг другу в порыве страсти, и мои громкие стоны, которые Даня ловит своим ртом.

Не знаю, сколько это длится, но простыни под нами влажные, а моя спина в испарине. Последняя судорога удовольствия, и я возвращаюсь на землю. В реальность.

Даня громко дышит мне на ухо. Его сердце быстро колотится под моей ладонью. В ритм моему сердцу. Кажется, вот-вот — и выскочит из груди. Вот-вот — и я задохнусь от нехватки кислорода.

Перед глазами все еще пляшут звезды, а в ушах шум.

— Только не смей говорить мне, что это ничего не значит, — шутливо произносит Даня, прижимая меня к себе еще ближе. Целует в плечо, удобно устраиваясь в постели в обнимку со мной. Урчит, словно довольный кот.

Я с трудом могу выдавить из себя несколько слов заплетающимся языком.