Ребёнок от босса. Научи меня любить

— бурчу под нос, подойдя к шкафу, где храню вещи.

— Ты что-то сказала?

— Нет... Ничего...

Снимаю с вешалки нежно вишнёвую шёлковую блузку и белую юбку с разрезом. Блузка мне нравится, а вот юбку я на супер крайний случай держу. Надевала всего раз, и тогда Воронцов меня таким взглядом недовольным окинул, что я так и не рискнула больше. Слишком смелая она. Чуть выше колен, обтягивающая, да ещё и разрез по бедру идёт откровенный. Не знаю, о чём я думала, когда её брала. Я вообще редко ношу подобные вещи. Тогда наверное на меня волна бунта накатила. Это редко, но случается.

— И куда ты собралась? — рыкает босс, когда я с вещами направляюсь к двери."

"— В смысле, куда? В туалет. Переодеваться. Не при вас же... я буду...

На последней фразе глаза Воронцова вспыхивают, отчего в моём животе снова становится горячо.

Да что это вообще такое?!

— Ну уж нет, Инна. Никаких туалетов. В моём кабинете переоденешься, а я тебя здесь подожду.

— Глеб Викторович, я никуда не собираюсь сбегать.

— Сбегать, в обморок падать — от тебя что угодно ожидать можно, Александрова. Так что, в кабинет давай. И побыстрее.

Обречённо вздохнув, я плетусь к Воронцовскому кабинету, где за закрытой дверью стягиваю с себя мокрые вещи и надеваю сухие. Юбка уже еле налезает. А сказали, что я похудела, да и на весах были неутешительные цифры.

— Инна, всё в порядке? — от резкого стука в дверь у меня блузка выпадает из рук.

Боже, ну что за человек?!

— Инна?

— Да всё у меня хорошо, Глеб Викторович!

Он все оставшиеся семь месяцев беременности будет так себя вести? А что будет, когда малыш родится? Он жить к нам переедет?

От этой мысли я вздрагиваю.

Вообще-то мы толком ещё и не обсуждали, как всё будет, когда ребёнок родится, но Воронцов ясно дал понять, что моя квартира ему не нравится. Если без шуток — я очень боюсь, что он заберёт малыша себе, а меня оставит в роли приходящей матери. Нет уж. Этого я точно не позволю ему сделать.

Выхожу из кабинета, аккуратно сложив мокрые вещи стопкой.

Босс стоит у окна спиной ко мне и с кем-то говорит по телефону. Вроде речь идёт о проекте по загородному комплексу, где мы были недавно.

Бесшумно подхожу к своему столу, открываю ящик и достаю оттуда папки, которые хотела забрать. Затем наклоняюсь к нижнему ящику и беру ещё схемы и отчёты, чтобы потом сто раз сюда не возвращаться. Шум позади привлекает внимание, поэтому я, всё ещё находясь в согнутой позе, оборачиваюсь через плечо и вижу, что Воронцов повернулся от окна ко мне и сейчас смотрит прямо на мою...

Вот же блин...

Резко поднимаюсь, что аж в глазах темнеет. Меня ведёт вбок, но, разумеется, упасть мне снова не дают. Босс оказывается рядом и подхватывает за талию.

Спина и бёдра плотно прижимаются к его телу, а над ухом раздаётся низкий хриплый голос.

— Да, понял... Тогда я вечером отправлю...