От медведя до любви один шаг

Когда надо вывести его из себя, - добавил невесело Никита, покосившись на Артемия, который так и сидел, уставившись в окно, молча. Не похоже было, что сегодня очень уж его вывело это обращение племянника из себя.

Неожиданно раздался смех Анастасии и следом слова:

- Ай, да Лизавета! Ай, да белая травница!

Настала очередь Лизы уставиться в окно. Она вспомнила, что там, в самолете почему-то именно так и назвала Артемия, и уж, конечно, Анастасия слышала это. Ну, а Артемий в ответ на это только довольно заулыбался.

- Да объяснит мне кто-нибудь, что происходит? - взвыл Иван, - сидят, тут дуются, как мыши на крупу, и молчат! Тетя Настя, ну хоть Вы объясните!"

"- Ох, спасибо, Иванушка, ты мне сейчас и сам не понял, какой подарок сделал, назвав меня именно так! Но об этом потом! Если коротко, то вот, слушай:  Артемий увидел, что  Лизавета именно белая травница. А Лизавета увидела зверя Артемия, то есть, они увидели сущности друг друга на ментальном уровне. То, что Лизавета травница - Артемий это учуял, ну с его нюхом - это не удивительно! Но дело в том, что обычные травницы и белые травницы пахнут одинаково. С этим-то спорить нет смысла, верно? - в ответ Анастасии синхронно качнулись три головы. Она усмехнулась, пошевелила крылышками, будто потерла руки и продолжила:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- То, что Артемий медведь, Лизавете сказал ты, Иван. А вот  то, как выглядит Артемий, когда в теле зверя, и то, что имеет особенность - серебряное ушко, это уж она сама увидела. Ещё в самолете. Вот так, на ментальном уровне, они и приняли друг друга, приняли не сговариваясь. Влюбленные тоже видят ментальные тела друг друга, но только в обличье зверя. И только единственные или истинные, как их ещё называют, видят друг друга сразу в ментальных обличиях. Истинных. Только вот упрямятся они оба и не хотят этого принять, - вздохнув, закончила Анастасия и замолчала.

- Ну, всё, приехали! - сообщил вдруг Никита, - вон уже и деревня наша.

Лиза посмотрела вперед, по ходу движения, где видны были первые дома. Крепкие срубы, резные ставни, кованые ажурные заборчики, а не глухие двухметровые заборы. Почти в каждом дворе были детские качели, песочницы с игрушками или смешные велосипеды. Это наводило на мысли, что детей в деревне много. Значит, есть и детский сад, и школа. У некоторых заборов игрушки лежали не внутри двора, а снаружи. А вот это уже говорило о том, что здесь нет воровства и прочего непотребства. Ну, не деревня, а сказочная деревенька какая-то в параллельной реальности. Попалось им и несколько парочек, гуляющих, держась за руки. Деревня жила свой полноценной жизнью.