От медведя до любви один шаг

И тут Лиза услышала голос голубки у себя в голове:

- Лизавета, отвлеки Ивана! Чем-нибудь отвлеки! Он начал оборот! Нельзя! Не здесь!

Лиза резко повернулась к Ивану и увидела страшную картину: Иван начал растягивать губы, поднимая верхнюю и обнажая уже не зубы, а клыки зверя. На лице появлялся звериный оскал, потому что челюсти его стали вытягиваться, приобретая форму звериной морды. Пальцы стали вытягиваться, переходя в страшные черные когти. Футболка на груди натянулась, рискуя порваться.

В голове у неё сами собой всплыли слова и она начала их произносить, растягивая, будто напевая колыбельную, гладя брата по лицу, по голове, по рукам и даже по этим страшным когтям. Страха не было совершенно, были только слова и кружево из них:

""Ваааня, Вааанечка, Ванююююша! Ты у нас нежнее плюша.

Ты как будто ветерооок, настоящий ангелок!

Ты прекрасный, статный славный, среди нас ты самый главный.

Ты лицом в отца пошел, нрав у матушки нашел.

Ты красив во всех чертах. Ты смеешься в наших снах.

Спи, скорее, засыпай, никого не обижай!""

И это подействовало. Иван начал меняться обратно, становясь похожим на себя. С последними словами он, откинувшись на сиденье, уснул. Лиза выдохнула и только сейчас заметила, что Артемий опять стоит рядом. Руки сжаты в кулаки, а вся его поза выдавала напряжение, он весь был, как сжатая пружина. На лице застыла маска, нечто среднее между лицом и мордой зверя. Увидев, что Иван уснул, Артемий расслабился.

- Он ещё ни разу не перекидывался? - голос его звучал озабоченно.

- Нет.

- Плохо дело! Почему ТЫ с ним? Где его наставник?

- Да нет у него наставника! О том, что он медведь, ни он, ни я до вчерашнего дня не знали, - устало произнесла Лиза.

Услышав это, Артемий удивленно на неё посмотрел, потом, ещё раз посмотрел на Ивана, прислушался к его спокойному сердцебиению. И уже глядя на Лизу совершенно другими глазами, сказал:

- Я о таких травницах только от отца слышал. Думал, что это сказки. Как можно перекид, да ещё первый, словами остановить? Думал, придется мне его обездвиживать.

- Что? Как это?

- Артём, если ты сейчас же не вернёшься на место, то считай, что я разрываю нашу помолвку! - услышали они гневный голос Иланы и одновременно на неё посмотрели.

Спасло всех то, что в салоне зажгли общий свет и стюардесса, заглянув в их отсек радостно оповестила:

- Сейчас принесу обед!

Артемию пришлось вернуться на свое место рядом с Иланой. О чем они говорили, Лиза не слышала. Да ей и не до них было, ей бы сейчас со своими мыслями, тараканами и проблемами разобраться! Сейчас, когда всё уже кончилось, она вдруг испугалась. Перед глазами стояло страшное лицо брата, хотя лицом-то это уже трудно было назвать.