От Лукова с любовью

Мы раз в месяц перекидываемся фразой, это всегда бывает язвительно и ничего не значит.

– Некоторые могут счесть это за прелюдию, – начал было мой брат, но я его оборвала.

Я опять зарычала, продолжая качать головой:

– Нет, черт…

Джонатан расхохотался:

– Почему ты так покраснела, Джес? – спросил он, шлепая меня ладонью по макушке, отчего я вздрогнула, не успев отдернуть голову.

– Закрой рот, – сказала я Джоджо, обдумывая десяток разных язвительных замечаний и понимая, что не могу воспользоваться ими, потому что получится так, будто я защищаюсь, а потому буду выглядеть виноватой. Или, что еще хуже, я могла бы рассказать им о предложении, которое мне сделали сегодня утром. – Тем не менее мне он не нравится. Не знаю, почему вам обоим это вообще пришло в голову.

Мама хихикнула:

– Нет ничего страшного, если ты признаешься, что всегда была сильно увлечена им. В мире полно девушек, которые увлечены Иваном. Возможно, даже я была слегка увлечена им в свое время…

Мы с Джоджо, забыв о том, что находимся по разные стороны баррикад, оба поперхнулись.

Мама проворчала:

– Ох, прекратите. Я совсем не это имела в виду!

Разумеется, женщина, вышедшая замуж за мужчину, который не был даже на десять лет старше меня, должна была объясниться. Мама не была просто любительницей молодых мужчин, она была Любительницей молодых мужчин с большой буквы. Все остальные, подобные ей, восторгались ею.

– Мама, я сделаю вид, что ты сказала это только для того, чтобы я мог уснуть сегодня ночью, – пробормотал Джоджо, глядя на нее с почти болезненным выражением лица, которое он потом сменил, явно приложив физическое усилие.

Потом он толкнул меня локтем:

– Обычно ты много говорила о нем, Джес.

Я моргнула:

– Мне тогда было лет семнадцать, и все это было только потому, что он – козел.

Мама открыла рот, но я продолжила:

– Да, да. Козел. Клянусь, что он был таким. Я никогда не слышала его, но это было так, он просто старался никогда не попадаться. Карина знает.

– Что он тебе сделал? – спросил Джеймс, единственный, кто, видимо, все еще оставался на моей стороне. По крайней мере, потому, что не опровергал моих утверждений и казался по-настоящему заинтересованным в том, чтобы услышать правду.

Я также собиралась выложить ее им, потому что меньше всего мне хотелось, чтобы мама и Джонатан продолжали верить в эту чушь собачью. Тем более в связи с тем, что могло бы случиться. Может быть. Возможно.

Поэтому я рассказала им.

* * *Дерьмом запахло в тот день, когда Иван Луков надел самый безобразный костюм, который я когда-либо видела до того самого момента.

Мне было шестнадцать лет, а Ивану только что исполнилось двадцать.