От любви

Некоторое время я буравил глазами воздух, переваривая возникшее внутри сдавливающее чувство. Моменты, случившиеся с ней в доме, начали один за другим всплывать в голове и скручивать нервы.

— Нужно что-то менять, — выдернул меня из мыслей обеспокоенный голос врача. — Лекарства, по всей видимости, не компенсируют то, что Мариям получает извне. Конечно, если вы не хотите, чтобы я выписал вашей жене препараты с более сильным воздействием…

— Исключено, — отрезал я. — Она должна справиться сама.

— Но она не справляется! — твердо возразил он. — И если вы не придадите этому должного значения сейчас — очень скоро ситуация может выйти из-под контроля.

Внутри вместе со скепсисом всколыхнулся напряг.

— Что вы имеете в виду?

— То, что вслед за депрессией последует состояние, из которого ее можно будет вытащить только при помощи специалиста, — мрачно заключил Олег Маратович, настырно глядя мне в глаза. — Кроме того вы не сможете предугадать, на что толкнет Мариям это неуправляемое состояние. Поверьте, пока вам кажется, что вы держите все под контролем, но в какой-то момент… вы ощутите себя абсолютно беспомощным с ней!

Стиснув челюсти, я подался вперед и хмуро потер ладони. Мне не понравилось то, что я вмиг себе представил.

— Я могу понять, что вам не так просто справиться. И не только потому, что у Мариям амнезия… Но уверен, вы не желаете ей зла. И если…

— Что я должен делать? — спросил я, резко взглянув на врача. Давая ему понять, что поверил и не собираюсь спорить с вещами, в которых нихрена не разбираюсь.

Он вздохнул, будто мои слова принесли ему облегчение.

— В первую очередь это здоровая, спокойная обстановка в доме. Дайте ей больше пространства, если так будет проще этому следовать, — предложил хозяин кабинета. — Я не прошу вас совсем избегать пересечений — это тоже не выход. Но если они случаются, то непременно должен быть положительными!

— Я понял, — угрюмо отозвался я, поднимаясь с кресла. — Что-то еще?

— Нет… Для начала этого достаточно. И поймите, Адам Салихович, я не пытаюсь вам указывать, что делать. Я хочу помочь! Как лечащий врач Мариям, я заинтересован в ее скорейшем выздоровлении и делаю все для этого, но… кое-что не зависит от меня. — Он шагнул ко мне и протянул руку. — Ей нужна ваша помощь.

Помедлив мгновение, я пожал ее в ответ и успокоил врача:

— Я вас услышал.

Из кабинета выходил со скользким чувством, будто меня отчитала как щенка. Причем по делу. Не стоило отрицать — слова Маратовича возымели эффект, но пока я не особо представлял, с чего именно должен начать работу над ошибками.

Размышления резко отошли на второй план, когда мой взгляд не нашел знакомую фигурку на диване возле кабинета. Очень скоро я понял, что Мариям вообще в коридоре нет! И ее одежды тоже.