От любви

И все было так медленно, нежно, трепетно… Я буквально парила в тягучем наслаждении, пока Адам ласкал мое тело руками, пробовал его губами, возбуждал языком. Старалась не стесняться, ответно трогая мужскую грудь, оглаживая мощные плечи, даря нежные поцелуи в шею.

Мир замирал и начинал плыть, когда муж входил в меня, переполненную до краев возбуждением. Я раскрепощалась окончательно, переставала думать — только чувствовать! Все казалось таким правильным, таким естественным… Мгновениями я даже оторопело задерживала взгляд на лице Адама, ловя внутри острое ощущение ясности. Будто темнота, загородившая мою память, вдруг рассеивалась, и сильные, безотчетные чувства захлестывали колотящееся сердце.

Но слишком быстро эти мгновения таяли. Уже лежа на груди мужа, пальцы которого неспешно гладили мою спину, я пребывала все в той же знакомой темноте. А то, что случилось, казалось пустым наваждением. Да и, в конце концов… то, что происходило здесь и сейчас было для меня не менее важным.

— Мариям? — вдруг вклинился в мои глубокие мысли голос врача.

— А?.. — тут же отозвалась я, растерянно взглянув на мужчину, который странно улыбался.

Он покосился на моего мужа и терпеливо повторил:

— Я спросил, были ли с нашей последней встречи рецидивы потери ориентации?

Смущенно заулыбавшись, я отрицательно покачала головой. Перехватила пристальный взгляд Адама, который тоже заметил, что я витаю в облаках. Точнее мою голову настойчиво занимали воспоминания, привезенные из уютного дома в горах.

— Так… хорошо, — задумчиво сказал Олег Маратович, в очередной раз что-то отмечая в своем планшете.

Всего два дня… Но кажется они изменили так много!

Наша тихая близость длилась до самого рассвета. Будто мы оба боялись упустить момент этого уединения, хотели насладиться им подольше. Ведь уже до обеда нужно было выехать в город… А в этом доме в горах мы могли позволить себе быть открытыми, забыть обо всем. Но что будет когда придется вернуться?..

Кажется, даже мой муж не знал наверняка.

— Что ж не буду вас больше мучить, — бодро подвел врач, широко улыбнувшись мне. И неожиданно искренне подметил: — Как же мне приятно видеть вас в добром расположении духа, Мариям. Вы прямо вся светитесь!

Это даже застало врасплох. Я тут же зарделась и встретилась глазами с мужем, который смотрел на меня с лукавым прищуром.

— Что скажете? — будто нехотя переводя взгляд, спросил он врача.

Олег Маратович уже вернулся за стол и что-то сосредоточенно печатал.

— Я скажу… — отвлеченно ответил он, не отрываясь от дела. — Что видеться мы теперь будем гораздо реже.

Муж слегка нахмурился, словно, так же как и я не был уверен хорошо это или плохо. А врач уже вышел из-за стола и протянул ему распечатанный лист.

— Вот.