От Лукова с любовью

– Мне пришлось бы раздеться перед ним? – Я показала большим пальцем на ухмыляющегося в своем кресле идиота. Не было нужды смотреть на него, чтобы понять, что он ухмыляется. Я просто знала это.

Она кивнула.

Об этом я даже не подумала.

– Нет.

Иван засмеялся, комната наполнилась тем ленивым, радостным смехом, который действовал мне на нервы всякий раз, когда я слышала его.

– Секунду назад ты сказала, что обнажалась в присутствии посторонних людей.

Я бросила сердитый взгляд на идиота, одетого во флисовый пуловер и темно-синие спортивные брюки.

– Да, посторонних. А не в присутствии тех, кого я вижу каждый день, – усмехнулась я. – И не перед тобой.

Он наморщил нос, явно офигенно наслаждаясь тем, что происходит.

– Да, ты знаешь меня. Ты знаешь, что можешь доверять мне…

Я засмеялась:

– Нет.

– Что я такого сделаю? Возьму твою фотографию и запощу ее в интернете? – Он скорчил гримасу.

Он был прав, но…

– Нет.

– Я верю, что ты не станешь постить мою фотографию в обнаженном виде, – предположил он, словно это могло помочь.

Я снова бросила на него взгляд:

– Зачем мне это делать? В любом случае никто не захочет на это смотреть.

Он закатил глаза, и из его горла вырвался раздраженный возглас, который за все эти годы я слышала по меньшей мере раз пять, когда ему нечего было ответить, иными словами, я победила.

– Я не понимаю, в чем проблема. – Иван сменил тему. – Наш тренер беспокоилась по поводу того, что ты откажешь, но я был уверен, что ты согласишься. Это самый продаваемый выпуск.

Черт бы меня побрал.

Иван склонил голову набок, снова глядя на меня с просветленным, самодовольным лицом.

– Мы заключили сделку.

Проклятье.

– Я знаю, что мы заключили сделку, – зашипела я, внезапно выходя из себя.

– Ты обязана это сделать.

Мне захотелось поднять руки и прикрыть глаза, но я не сделала этого. Я не сделала бы этого. Но черт. Черт. Я подняла глаза к потолку и выдохнула.

– Ты понимаешь, что я и прежде видел обнаженных женщин, ведь так? – спросил он со специфическим оттенком в голосе, который можно было бы принять за юмор или развязность.

Я покачала головой, продолжая смотреть наверх. Какого черта я вляпалась в эту историю? И как мне отсюда выбраться?

Одно дело, когда меня с голой задницей видела куча других девушек.

И совсем другое, когда кто-то посторонний видит меня в чем мать родила.

Но совсем невыносимо, когда меня увидит раздетой этот мужчина, привыкший годами подначивать меня.

Я должна была смотреть ему в глаза весь следующий год. Все это время слушать его."

"Ни перед кем в мире мне никогда не хотелось бы выглядеть такой уязвимой, как перед Иваном. В его арсенале и без того хватало боеприпасов. Не дай бог, он стал бы отпускать замечания насчет размера моей задницы, когда я буду без трусов.