От Лукова с любовью

– Снова!

– Снова!

– Снова!

– Нет! Снова!

Если бы я не услышала слова «снова» никогда в жизни, я была бы счастлива. Абсолютно, блин, счастлива. Потому что начинать снова и снова то, что казалось эскизом – на самом деле это не было эскизом, но казалось им, – было для меня гигантской занозой в заднице.

Главным образом потому, что я делала это именно с Иваном. С Иваном, который, как я понимала, был раздражен не меньше, чем я.

Это продолжалось до тех пор, пока тренер Ли, закинув голову и глядя в потолок, со вздохом не произнесла других слов:

– Ладно, на сегодня достаточно. Полчаса назад вы перестали набирать скорость, а ваша слаженность стала немного лучше. Сейчас мы попусту теряем время. Так ничего хорошего не получится. – Она бросила на нас обоих полный осуждения взгляд, словно не понимая, почему мы выдохлись.

Я уже отвыкла от этого. От этого истощающего адского труда, которым не занималась с тех пор, как четыре года назад впервые начала кататься в паре с Куском Дерьма.

Черт бы меня побрал.

Несмотря на ледяную ванну, которую я принимала каждый вечер всю прошлую неделю, все равно все болело. Ребра. Весь живот. Плечи. Запястья. Четырехглавые мышцы. Спина.

Единственным, что у меня не болело, была моя задница, и только потому, что мои ягодицы не отвыкли от падений. К тому же одна из них всегда была не так чувствительна, как другая. Я была почти уверена, что потеряла чувствительность в ней, когда в былые времена пыталась отрабатывать свой 3Л – тройной лутц.

Я летала по льду на заднице по сто раз в день, скользя коленями, бедрами… всем. Просто нужно было время, я понимала это, чтобы снова привыкнуть. Во всяком случае, я очень надеялась на это. По этой причине юные девушки уходили из фигурного катания, еще не достигнув совершеннолетия. По мере взросления способность их тела восстанавливаться с каждым годом требовала все больше и больше времени, и то, что в двадцать шесть лет у меня было больше увечий, чем у женщины вдвое старше меня, не способствовало успеху.

Потирая переносицу кончиками пальцев, тренер Ли со вздохом тихо произнесла:

– Давайте кое-что разберем до дневной тренировки, пока у нас еще есть время.

Была ли она в плохом настроении или…

– Встретимся в офисе в три часа дня, – окликнула нас тренер Ли, тяжело вздыхая от безысходности, и, развернувшись, пошла прочь.

Да, такого я не ожидала.

То есть я не думала, что тренировка прошла настолько плохо. Я еще не достигла совершенства, но и не была самой бездарной. С каждым днем мы катались все лучше и лучше.

Поведение Ивана не изменилось, и мое тоже. Мы не разговаривали друг с другом, если только одновременно не общались с тренером Ли.