От Лукова с любовью

Прошло много времени с тех пор, когда меня волновало только то, что подумают мои родственники, и даже тогда их воздействия обычно было недостаточно для того, чтобы удержать меня от поступков, которые ставили их в неудобное положение.

Если бы это была моя мама, я бы не постеснялась отказать ей.

Но… это была мама Ивана."

"И, судя по ее тону, было не исключено, что она обидится, если я не сделаю то, что, по ее мнению, могло помочь мне.

Черт.

– Нет, миссис Лукова, – сказала я за секунду до того, как Иван пнул меня по икре.

Я подняла ногу, чтобы попытаться лягнуть его в ответ, но он был недосягаем.

– Великолепно, – ответила женщина, с улыбкой на лице отстраняясь от меня и кладя обе руки мне на плечи. – Ваня? – Она вдруг окинула взглядом пол, словно вспомнив о чем-то, и смутилась. – Ты без малышей?

Малышей?

– Я оставил их дома, – ответил Иван.

О! О!

– Ты не привез мою маленькую Лейси? – спросила миссис Лукова, и в ее словах сквозило разочарование.

– Нет, тем более Лейси.

У нее поникли плечи, она была явно разочарована и даже нахмурилась, прежде чем взглянуть на меня и покачать головой.

– Он всегда приезжает по меньшей мере с двумя из своих малышей. Всегда. Они устраивают беспорядок, после них – повсюду шерсть, и я теперь без них скучаю. Глупо, не так ли, Джесмин? – Она с нежностью посмотрела на Ивана, как способна смотреть только любящая мать.

– Ваня всегда всех спасает. Он всегда подбирал то, от чего отказываются другие, даже когда был маленьким мальчиком.

Что-то странное случилось с верхней половиной моего тела, и я не смогла удержаться, чтобы не скользнуть взглядом по Ивану, прислонившемуся к кухонному столу и скрестившему на груди руки, пока я стояла рядом с его мамой. Наши взгляды встретились. И остановились.

– Полагаю, в следующий раз. Суп готов, позвольте мне предложить вам что-нибудь выпить, и мы приступим к еде! – воскликнула миссис Лукова.

* * *Я проснулась, понимая, что я не в своей кровати.

Я проснулась, понимая это главным образом потому, что невозможно было себе представить, чтобы я спала в своей кровати обнаженной.

И моя комната не была окрашена в ярко-синий цвет.

Но главное, что я никогда не спала с обнаженной грудью. Я не слишком доверяла всем своим родственникам, которые могли ворваться в мою комнату, пока я сплю, и что-нибудь сотворить со мной. И я не собиралась испугать их на всю жизнь, позволив им увидеть те части моего тела, которых я, вероятно, не увидела бы у них.

И пока я хлопала глазами, лежа в полутемной комнате, что-то еще убедило меня в том, что я нахожусь не у себя в комнате и не у себя дома.

Невозможно было представить себе, чтобы в какой-то точке вселенной или в каком-то круге ада я могла проснуться, лежа в постели только в трусиках, и при этом чья-то мерзкая рука обнимала меня за талию.