От Гудзона до Ла-Платы

Люди повеселели, хотя все оставались на палубе, готовые немедленно покинуть корабль. Дозорные внимательно вглядывались в ночь, но не смогли никого обнаружить. Очевидно, тринидадцы действительно потеряли "Кагуэй" в темноте. Тем не менее, до утра так никто и не сомкнул глаз. Нервное напряжение было просто запредельным. Это не ожидание боя, когда ты видишь противника и знаешь, что от него можно ожидать. Здесь же опасность была невидимой и неслышимой. Корабль без единого огонька шел в ночной тьме, старясь скрыться от преследователей, и вроде бы это ему удалось. Но все хорошо знали, что в любой момент может грянуть взрыв, поставив точку в их нелегкой и опасной работе приватира.

После полуночи "Кагуэй" снова изменил курс, направившись к южному побережью Гренады. И когда на востоке забрезжил рассвет, а впереди показался долгожданный берег, все облегченно вздохнули. Горизонт был чист, оба тринидадских корабля исчезли, что вызвало бурную радость всей команды.

— Ушли, слава Господу!!!

— Значит, не так уж и всевидящи эти тринидадские колдуны!!!

— А может, просто плюнули и вернулись? Когда увидели, что нас взорвать не получилось?

— Не каркай, приятель! Давай сначала до берега доберемся!

Сирл был полностью согласен с этим предложением и направил фрегат в направлении бухты Прикли, расположенной в южной части острова Гренада. Бухта хорошо защищена от ветров и там можно как следует обследовать корабль. Определенные подозрения у него появились. Он уже нисколько не сомневался, что хитромудрые тринидадцы каким-то образом сумели вызвать взрывы на кораблях. И то, что все взрывы произошли в течение небольшого промежутка времени после выхода в море, говорило в пользу этой версии. Как и то, что в их дьявольском плане что-то могло дать сбой, поскольку "Кагуэй" до сих пор цел, хотя с момента покидания Тобаго прошло уже довольно много времени. Все остальные отправились на дно морское гораздо раньше… Обдумав все еще раз, Сирл вызвал штурмана Дженкинса, который после гибели помощника и квотемастера (командира абордажной команды) остался единственным офицером на корабле. В условиях смертельной гонки устраивать новые выборы помощника и квотемастера из среды сильно поредевшей команды было некогда, поэтому отложили данное мероприятие на потом. Уйдя подальше на ют и убедившись, что рулевой их не слышит, Сирл высказал свои соображения.

— Джеффри, как только станем на якорь, высаживаемся на берег и ждем. Если взрыва так и не будет, перерыть весь корабль снизу до верху. Обращать внимание на все непонятное и нехарактерное для того, чтобы находиться на борту. Любые мелочи, пусть это даже будет казаться несущественным.

— А что вы подозреваете, сэр?

— Подозреваю, что это мины.