Эликсир от глупости

В это время на крыльцо выплыла размалеванная девица со жгуче черными волосами, в мини-юбочке и с сигаретой в руках.

– С кем это ты здесь беседуешь, дедушка, никак гости у нас? – кокетливо поинтересовалась она и стрельнула в сторону парней вызывающим взглядом.

Дед удивленно взглянул на девицу и, нагнув голову, чтобы спрятать улыбку, произнес:

– Да вот, Настенька, ищут здесь какую-то Вику, а я и не ведаю – кто такая?

– Эй, мальчики, а я за Вику не сойду? Тачка у вас крутая, вот бы мне такую, а то таскаюсь на «шестерке», прям как черепаха, а я люблю быструю езду! Вот деда прошу раскошелиться, да никак не уговорю, – развязно улыбнулась девушка.

– Откуда же у меня такой кошелек, внучка, я же не Рокфеллер! – подыграл Вике старик.

– Да шучу, шучу, дедуля, это я так, – засмеялась девушка и обняла деда за плечи.

Бандиты все это время стояли и слушали разговор, потом один из них поманил девицу пальцем:

– Ну-ка, красавица, поди сюда!

– Я тебе что – Жучка, чтоб бегать? Нужно, сам поднимись, – фыркнула Вика и закатила глазки под лоб. Ноги у нее тряслись, как после пробежки на короткую дистанцию, а по спине полз неприятный холодок. Парень поднялся на крыльцо и протянул девушке визитку.

– Если появится моя девушка, позвони по этому номеру.

Девушка повертела визитку в руках и, прищурившись, спросила:

– А что я за это буду иметь?

– Ты, главное, сделай, о чем прошу, а там разберемся, не сомневайся, не обижу, – проговорил парень, странно сверкнув глазами.

– Хорошо, звякну, коль нужда такая есть, мне-то что, – пожала Вика плечами и сморщила носик.

Парни развернулись и вышли за калитку. Один из них еще раз взглянул на окна соседнего дома и что-то сказал второму. Тот качнул головой, они сели в машину и рванули с места так, что пыль взвилась столбом. Дед за все это время не произнес ни слова и, только когда машина скрылась за поворотом, повернул лицо к Вике и беззвучно засмеялся:

– Ну ты, дочка, и артистка, молодец, не ожидал! Пошли в дом, обсудить нужно, что к чему.

Вика прошла в дом и плюхнулась на стул. Она устало стянула с головы парик и вдруг заплакала, подвывая, как маленький щенок:

– Ой, дедушкааа, как же мне страшно, как страшнооо! Я вот только сейчас, ой, мамочкиии, поняла, что очень боюсь смертиии, уййй, я ужасно не хочу умирааать, – и Вика закачалась из стороны в сторону.

– Прекрати сырость разводить, – цыкнул на девушку старик. – Слезами горю не поможешь. Сама не захотела в милицию идти. Что теперь выть-то, как по покойнику? Нужно думать, что дальше делать.

– А ведь они точно хотят меня убить, я почему-то это особенно остро сейчас почувствовала, – подняла Виктория мокрые от слез глаза и посмотрела на старика.