Двойная тайна от мужа сестры

Гладит тыльной стороной ладони по моей щеке, а после уходит, забирая папку с собой. Внутри у меня тлеет пожар. По телу постепенно разливается слабость, так что я без сил оседаю на стул, по щекам текут соленые слезы, а я даже не в состоянии их вытереть, всё тело онемело от потрясения…

И тут звонит телефон, отвлекая меня от собственного самобичевания.

— Алло, — отвечаю, даже не глядя на имя звонившего, едва держу трубку слабыми пальцами.

— Ну что, ты довольна? — почти что кричит мама, не скрывая своей злости.

— Что опять случилось? — устало вздыхаю, нет сил выслушивать ее очередную истерику.

— Сестра твоя случилась! — Стефания начинает практически рыдать, перемежая разговор всхлипами. — Почему Давид трубку не берет? Пусть вытащит мою дочь…. О боже… Ей не место среди этих больных…

Дальше она продолжает снова плакать, из разрозненных слов я с трудом складываю общую картину: Милану забрали в психбольницу. Качаю головой, всё это никак не укладывается в голове.

— Может, там ей помогут? Ты же сама видела, что она не в себе, — мягко успокаиваю мать, хотя сама нахожусь в легком шоке.

— И ты туда же? Твой отец — гад! — и бросает трубку.

Кручу головой из стороны в сторону, но рядом никого нет. Давид куда-то ушел, я же обхватываю себя руками и рефлексирую. И что теперь будет?

***"

"Следующие несколько дней в доме царит напряжение. Давид со мной особо не разговаривает, дома появляется мало. Я хожу раздраженная и расстроенная, ничего не могу с собой поделать. И когда почти дойти не нервного срыва, мне снова звонит мама.

— Ева! — не кричит, а скорее, рычит Стефания. — Немедленно возвращайся домой!

— Что случилось? — спрашиваю у нее расстроенным голосом.

Она в ответ пыхтит, что-то возмущенно бормочет, параллельно отдавая приказы кому-то из прислуги.

— Отца забрала полиция, это какой-то бред, — сокрушается она, голос безмерно визглив, что давит на барабанные перепонки. — Его обвиняют в убийстве, ты представляешь? Это ужасно, просто ужасно. Конец нашей репутации. И я должна всё это терпеть одна. Милана в больнице, ты шляешься непонятно где… Самое время взять на себя ответственность и помочь семье.

Молчу, слушаю ее внимательно, при этом прикрыв глаза.

— За что его арестовали? — единственное, что меня сейчас интересует.

— Ох, я не понимаю, адвокат уже у него, — театрально тянет слова, — какое-то убийство… Бред… Ничего, деньги нашей семьи всё решат. Главное, попроси Давида помочь.

Из меня вырывается горький смешок. До чего же иронично.

— Вряд ли он поможет, — усмехаюсь горько.