От дружбы до любви

Чувство, сжимающие внутренности до ломоты, перекрывает кислород. Сеня слишком мила, чтобы быть втянутой в каламбур цепочки жизни Кирилла. Он рад затащить её к себе под крыло, чтобы бок грело и сводило от горячего дыхания.

Не может быть такой сволочью.

Только, блять, не с ней.

Сеня, как и любая другая нормальная и адекватная девушка, хочет серьёзных отношений, которые приведут к семье. Хочет любви, понимания и поддержки. Чтобы человек был надёжный и умнее пробки. Чтобы было всё до скручивания хорошо.

Кирилл готов это дать, но не сейчас. Не сейчас, потому что сам не понимает, чего хочет от жизни. Ему кажется, что связывать себя узами и умертвлять страсть между парой — это последние дела, которые обязательно настигнут его ближе к тридцати, когда нужно думать головой и продолжать род, а не болтаться на вечеринках и не менять девушек чаще, чем моргать.

Всё должно идти своим чередом, чтобы быть полностью уверенным в своём выборе, но что-то странное и горячее растекается по венам от мысли, что Панова и есть тот самый безошибочный выбор, который сделает из него примерного семьянина и… поможет остепениться.

Хотя бы взять сегодняшнюю пятницу.

Вместо тусовки на Орловской набережной, где собираются ребята с университета, чтобы покурить кальян, попить пива и послушать громкую музыку, он дома в постели с Сеней.

Это очевидный выбор между взглядами на некоторые жизненные устои.

Идея сама приходит в голову. Кирилл криво усмехается, откладывая пульт на тумбочку, и высвобождает свою вторую руку, чтобы схватиться за край одеяла и слегка сдвинуть его с тела Сени. Она морщит носик, утыкаясь им глубже в подушку, будто становится холодно.

Нежно давит на плечо, заставляя лечь на спину, смотрит на открытый из-за немного задравшейся футболки живот. Ведёт грубыми костяшками по нежной коже, спускаясь по постели ниже, становясь параллельно спящему телу.

В пах быстро приливает поток крови, когда недолго любуется мирно вздымающейся в такт спокойному дыханию грудью. Ведёт руками по бёдрам, подцепляя пальцами края трусов.

Во рту скапливается слюна от затеянной мысли. Приподнимает футболку настолько, насколько позволяет спящее тело. Прикладывается губами к коже над пупком, заслуживая резкое вздрагивание. Сеня открывает глаза, сонно моргает и, повернув голову, смотрит вниз на Кирилла, который продолжает целовать её живот.

— Кирилл, — хрипло шепчет.

Она закрывает глаза, потому что они слипаются. Держится где-то между сном и реальностью и шумно выдыхает, когда чувствует, как язык кружит вокруг пупка, начиная спускаться ниже. Руки уверенно стаскивают бельё. Язык мажет по гладковыбритому лобку, и Сеня, не открывая глаз, поднимает таз, облегчая работу.