От дружбы до любви

Пульсация отдаётся в ногах, сбивая с темпа, что не скрывается от Дубровского. Уверенно убирает руку с живота девочки, чтобы положить на бедро и подстроить под себя. Сжимает пальцами ткань, нежно дёргая на себя ещё раз.

— Не пей много, — последние слова, после которых руки неожиданно исчезают с тела Пановой.

Она оборачивается, но Кирилл уже скрылся в толпе. Зато появляется Даша, которая начинает жаловаться на очередь в женскую уборную. Все слова летят мимо, потому что в голове продолжает набатом стучать только что произошедшая ситуация. Она высматривает его в толпе, но тщетно. Он исчез.

Кирилл подошёл к ней во время танца, чтобы… зачем?

Несколько выпитых шотов помогают расслабиться сильнее, но не забыть, какие интимные движения совершали бёдра Кирилла. Она увидела его за столиком рядом со своим другом. Он пил что-то из стакана, слушая пьяный трёп. Улыбался и кивал головой, словно с чем-то соглашался.

Есения смотрит на него загадочным взглядом, когда он ловит её за разглядыванием. Она интуитивно прикусывает нижнюю губу и улыбается, тут же поднося ко рту очередную стопку.

И, да, она выпила достаточно.

Есения сидит в машине Кирилла, увеличивая громкость музыки и подпевая, пока они едут к нему домой. Электронные часы показывают почти пять часов утра, когда Дубровский паркуется возле дома. Она пьяно спотыкается о собственные ноги, тут же хватаясь за капот машины и хихикая. Определённо ясно, что последняя стопка прозрачной и горькой на вкус жидкости была лишней.

Кирилл лишь закатывает глаза и, подойдя к ней, берёт под локоть. Поддерживает вплоть до дверей. Сеня ровно стоит, спокойно дожидаясь, пока откроется дверь, чтобы задеть плечом дверной косяк и раздражённо выдохнуть. Стаскивает обувь, перехватывает сумку и поднимается по лесенкам.

В комнате свежо и приятно пахнет. Скидывает пальто с плеч, аккуратно втаскивает плечики в рукава и вешает в шкаф. Садится на кровать, пока друг (или кто?) ползёт до комнаты. Решает его не ждать, поэтому сбрасывает платье и кутается в большое полотенце, уходя в ванную. Долго и натужно смывает макияж, чистит зубы и принимает душ, чтобы смыть с себя пот и клубную атмосферу, которая уже порядком поднадоела.

Последний час был крайне размытый и трудно восприимчивый. Мимо внимания пролетали опрокинутые стопки, песни слишком быстро сменялись друг другом, а очередь в туалет была невероятно долгой.

Возвращается в комнату в одном полотенце. Кирилла по-прежнему нет. Вытаскивает первую попавшуюся футболку, хихикая и натягивая через голову. Падает на постель с мокрыми волосами, получая лёгкое головокружение. Снова беспричинно хихикает, зажимая между ног одеяло и подтаскивая подушку Дубровского к носу. Дышит глубоко, понимая, что аромат заставляет отрезветь на промилле.