От дружбы до любви

Матерное! Неприличное!

— У меня есть ты, и мне этого достаточно, — смущённо шепчет, мягко целуя Кирилла в нос.

— Я рад, что ты со мной.

Кирилл целует её в губы.

Панова издаёт высокий гортанный стон. Чувствует, как к влажной промежности прикасается тёплый язык. Тело начинает трястись, когда Кирилл хватается за бёдра, начиная уверенно водить, останавливаясь на клиторе и начиная дразнить. Сеня движет дрожащей рукой по члену, присасываясь к нему губами и слегка двигая бёдрами, пока язык входит в неё.

Эта странная, но великолепная в своём проявлении поза заставляет теряться в движениях и пытаться сделать хоть что-то. Сеню разрывает на части, когда Кирилл упоённо сосёт её складочки, и она заглатывает твёрдый член, который упирается в глотку. Сдавленно стонет, сжимая его ладошкой.

Девочка не сразу поняла, как оказалась лицом к лицу к Кириллу, но уже в следующую секунду в тугое лоно скользнули резким толчком, заставляя вскинуть голову и прикусить нижнюю губу. Панова склоняется, медленно двигаясь, пока Дубровский начинает приподнимать таз и вбиваться с силой. Её губы присасываются к его шее, впивается зубами и слышит раздражённое шипение.

Он крутит сосочек между пальцев, щипая и оттягивая. Сеня лишь развязно улыбается и насаживается сильнее, почти до боли и удивлённого вскрика. Сбитый хвост с волосами окончательно развязывается, когда Кирилл кладёт руку на затылок и заставляет слегка склониться.

— Девочка, — шепчет ей в самое ухо.

— Кирилл, — в голосе звучит разочарование. — Господи, я хочу кончить. Позволь мне.

Его бёдра нещадно таранят, заставляя член глубоко проникать и касаться чересчур чувствительной точки, которая раз за разом приносит сводящую с ума пульсацию по всему телу. Она подмахивает, опираясь одной рукой на плечо и крепко сжимая, оставляя полумесяцы от ногтей. Кирилл не обращает внимания на маленькую сопутствующую боль.

Давит рукой на спину, заставляя склониться, отчего в плен рта попадает грудь. Всасывает бусинку, начиная слегка покусывать. Кладёт руки на её ягодицы, резче и жёстче опуская на себя. Сеня стонет в ухо, прикусывая мочку и что-то шепча на своём ужасно непонятном языке.

Резко запрокидывает голову, хрипло стонет и распахивает рот так широко, что грех не просунуть два пальца. Зубы врезаются в фаланги, слышится злое шипение.

Толчок. Мощный и яростный, выбивающий последние силы и заставляющий окончательно потеряться. Кирилл чувствует, как вокруг члена становится более влажно, как стенки пульсируют, как начинает дрожать Панова, сильнее впиваясь ногтями в плечи. Бурно кончает, пока он продолжает трахать прекрасное, восхитительное и просто очаровательное тело.

Сжимает ягодицы в руках, прикрывает глаза и резко поддаётся вперёд, вырывая из неё глухой стон в самое ухо.