От босса беременна

Надо вернуть ему все! Все до последней тряпки! Надо было это сделать прямо в Сочи, но тогда я была в таком ступоре, что ничего не соображала.

Беру пакеты, те самые, фирменные, хорошо, что их сохранила. Подлетаю к шкафу. Начинаю лихорадочно распихивать все его покупки вплоть до последних трусиков.

Украшения. Дотрагиваюсь до кольца. В горле ком, а в ушах его слова:

— «Не снимай! Я хочу, чтобы ты носилаЭТИукрашения постоянно!»

Нет, Михаил Захарович, больше я не подчиняюсь вашим приказам. Приказывайте кому другому!

Вынимаю из мочек ушей дорогие сережки. С замиранием сердца стягиваю ободочек колечка, будто тем самым окончательно разрываю нашу с ним связь."

"— «Ничего не означает. Это просто кольцо. Не выдумывай, Овечкина! На таких как ты, люди моего круга не женятся! Не женятся, сказал!»

Ну раз не женятся, Михаил Захарович, то и нечего кольца просто так дарить!

Заботливо укладываю изумрудно-бриллиантовый комплект в коробочку. Он очень дорогой, но я уверенна в Ангелине. Она передаст ему все до последней нитки, чужого не возьмет.

* * *— Кристина, заходи! — улыбается мне Ангелина. — Проходи, садись.

Неловко волоча за собой пакеты, я прохожу в приемную Красавиной, плюхаю их на пол. Сама сажусь в предложенное кресло.

Хотя Красавина предупредила меня об отсутствии начальства, но все равно с превеликой опаской кралась я по директорскому этажу. То и дело мерещился призрак Воронова, но все обошлось. Никто не накинулся на меня из-за угла.

— Привет, Кристина, — входит в приемную Гели Таня. — Честно говоря, мы все были в полнейшем шоке от решения Михаила Захаровича.

Вздрагиваю. Знала, что мне будет больно и обидно, но не знала, что настолько.

— Он не сказал вам, за что выгнал меня и отослал из Сочи? — часто моргаю глазами.

— Да он вообще с нами не разговаривает, Изверг! — Таня прижимает ладони к пылающим щечкам. — Меня так вообще за тупую тумбочку держит, за человека не считает. Только и может, что грубить и шпынять.

Смотрю на очаровательную блондинку со вьющимися волосами чуть ниже плеч. Таня — красивая, стройная, образованная. В синих сапфировых глазах утонуть можно. Обращаю внимание на ее грудь. Кажется, раньше она была меньше. Да и вообще, Таня расцвела после командировки, она и до нее была красавицей, но теперь хоть на обложку журнала выставляй! Влюбилась что ли в кого-то? По логике вещей Михаил Захарович не должен был ей проходу давать, а он ее за пробку от бутылки держит… Вот и кто потом поймет этих мужчин?

— Что случилось, Кристин? — возвращает меня к реальности Геля.

— Я не виновата, девочки! — тут же начинаю хлюпать носом.

Ангелина молча направляется к кофе-машине, но лишь затем, чтобы раздобыть мне кипятка и налить теплого чаю.