От босса беременна

— Иди, Овечкина! Постарайся больше не попадаться мне на глаза!

* * *— Как до аэропорта будешь добираться? — без «здравствуй», без «до свидания», в пятницу утром интересуется Михаил.

— Эм… на метро? — честно говоря я об этом не думала, просто спешила на работу, чтобы закончить пораньше и успеть собрать вещи.

— Ангелину заберет Кирилл, Пузырев и Татьяна — морщится гендир, — отправятся на служебной машине. А ты?

Михаил Захарович загнал меня в угол в пустынном коридоре офиса, а теперь пытает странными вопросами.

— Я посмотрю по картам, как мне лучше добраться. — неуверенно говорю я.

Михаил смотрит на меня оценивающе.

— У тебя будет много вещей с собой?

— Ну, сумка будет. — лихорадочно прикидываю, какой именно объём багажа нужно взять.

— И как ты собираешься с тяжестью по метро скакать?! — начинает закипать он.

— На такси денег у меня нет. Вы мне предлагаете пешком идти? — его раздражение передается мне.

— Ты беременная!

Да? Он об этом помнит? Как мило."

"— И что?

— И то! Пятница, вечер, конец недели. Самый час пик!

Я не понимаю, чего он от меня хочет. Честное слово. Он разозлен, будто не в себе, но одно радует: мы сейчас в офисе, и ничего он мне физически не сделает. Наверно, не сделает.

— Ну и тугодумка ты, Овечкина.

— Не понимаю, о чем вы.

— Я заеду за тобой. — вдруг выдает Михаил. — Тебя в метро затопчут, или сама с эскалатора упадешь, шею свернешь, я тебя знаю! — рычит мне чуть ли не в ухо. — Или плохо от духоты станет! А нам лететь несколько часов, нет, так рисковать я не намерен!

* * *МИХАИЛ ВОРОНОВ

Живет Овечкина черте-где. Отпустил ее с работы пораньше, чтобы успела собраться. Сам тоже собираться уехал. Жара стоит дикая. Представляю, что сейчас в Сочи творится. Но я взял с собой и шорты и плавки. Поплаваю, если будет возможность.

В машине кондиционер шарашит на полную, и то, футболка противно прилипает к чистому телу. Хорошо, хоть душ принял до поездки. А то у Овечкиной токсикоз, еще уловит запах крепкого мужского аромата и в обморок хлопнется. А мне крайне важно, чтобы она была в этой поездке. Хочется показать ей мир. Видно же, что она дальше МКАДа никуда не выезжала.

— Ты где? — набираю ее номер по дороге.

— Я спустилась. На скамейке сижу. — пищит мое недоразумение. — Жду вас.

— Понял, буду. — усмехаюсь я. Какая послушная, надо же!

Но все мое умиление Овечкиной тут же испаряется, едва я подъезжаю к ее обшарпанному подъезду. Вижу довольно крупную дорожную сумку, и у меня зубы сводит от злости. Дом без лифта, я знаю, что она живет на последнем этаже. Как она перла ее без меня?!

Выскакиваю из машины. Овечкина тоже встает со скамейки. В рваных джинсах и футболочке, ладненькая вся такая. Волосы в косу заплела, на лице ни грамма косметики.

Молча подхватываю сумку и офигеваю от ее тяжести.