Освобожденный

Так что, я сообщаю, чтобы они вылетали на станцию? Да?

– Да. Да! Можешь сообщать, – ответил Миха и отключил связь.

* * *Миха зашел в лавку торговца и не увидел его. За прилавком снова стоял паренек. А на вопрос Михи, можно ли увидеть Назиба, он молча показал на дверь в стене. Техник прошел в кабинет. Назиб сидел в кресле с задумчивым лицом; увидев его, Миха почувствовал некомфортность и беспокойство.

– Что-то случилось? – взволнованно спросил Миха.

– А, Миха, – подняв голову, сказал торговец, – можно и так сказать. Но не надо так вскипать и выплескивать энергию. Ха. Не все так страшно, просто неожиданные события. Присаживайся, есть будешь? Ой, прости! Совсем старый расслабился. Пора на недельку слетать на планету. Сейчас подадут обед, заодно и поговорим. Согласен?

– Согласен, – ответил Миха, – кто же от еды будет отказываться?"

"Назиб похлопал в ладоши, и в комнату впорхнула девушка, на ней были надеты прозрачные шаровары, сквозь которые виднелись красные трусики с маленьким треугольником спереди и тоненькими тесемочками, сзади попа была открыта. Такая же прозрачная кофта до пупка. Большие стоячие груди колыхались, вместо лифчика – два красных кружка диаметром сантиметров семь. Они держались на груди сами по себе, как приклеенные. Молодое тело девушки завораживало и притягивало взгляд, Миха непроизвольно мысленно произнес: «Протокол!» и не удержался от восторженного возгласа:

– Ух ты! Красота какая! – Девушка улыбнулась и специально качнула налитыми грудями. Миха улыбнулся в ответ и, сглотнув, добавил: – Прекрасно!

– Вот, познакомься, Миха, это Зилья, моя внучка, – довольный произведенным впечатлением, произнес Назиб, – хороша проказница?

– Хороша, – ответил Миха, – даже очень!

Девушка расставила с подноса небольшие горшочки, все с крышечками, и большое блюдо с салатом и вышла. Но буквально сразу вернулась, поставив на стол толстую глиняную бутылку и две такие же чаши без ручек. Смотря на девушку, Миха уже решил, что после беседы с Назибом он помчится домой к своей сладкой рабыне.

Что можно сказать, обед был прекрасен! В горшках были первое и второе блюда, а в бутылке охрененный коньяк! Миха открыл, по совету Назиба, первый горшок. Бли-и-и-и-ин! Какой запах, рот наполнился слюной! В горшке была густая похлебка, а вот из чего она была сделана, Миха так и не понял, как ни старался. Правда, от этого она хуже не стала.