Николай I. Освободитель. Книга 4 (СИ)

 — Пусть ваш путь освещает солнце и звезды, а в делах сопутствует неизменный успех.

— Бросьте, дорогой друг, — мятежный турецкий чиновник, небрежно махнул рукой, хотя по его глазам было видно, что такое внимание к традиционному этикету ему приятно. Впрочем, природный албанец уже давно предпочитал окружать себя европейскими советниками и во внешней политике ориентировался скорее на Лондон, Париж и Вену чем на Стамбул, что с одной стороны позволило ему сохранить свою власть в течение последних весьма, надо признать, неспокойных лет, а с другой — логичным образом привело к конфликту в сидящем во Втором Риме султаном. С другой стороны, у того сейчас было столько проблем, что неповиновение какого-то там албанского вассала была лишь наименьшей из них. — К чему эти церемонии? Мы оба понимаем, какой важности эта встреча, и что поставлено на кон.

После подписания Варненского мирного договора, закончившего короткую и не слишком удачную для османов войну, почувствовавшие слабость султана недоброжелатели массово начали поднимать голову.

Началось все с персов, которые недовольные изменением баланса сил на Кавказе, откуда их потихоньку выдавливали турки с русскими — со вторыми, по правде говоря, сделать они ничего объективно не могли и старались наоборот поддерживать хорошие отношения — объявили войну Стамбулу в начале 1821 года. Потрепанная армия Султана, ослабленная потерями в прошедшей войне и бунтом янычарского корпуса, была в моменте неспособна хоть как-то достойно ответить традиционному противнику. На севере командующий армией талантливый и уже опытный военачальник Аббас-мирза разбил османов в пограничном сражении и осадил так и не взятый — но изрядно потрепанный — чуть ранее русскими войсками Эрзерум.

На юге же только вспыхнувшая в войсках эпидемия холеры не позволила персам взять оставшийся практически без защиты весь Багдадский пашалык. Персидские солдаты начали умирать буквально сотнями, ни о каком наступлении в такой ситуации Тегерану мечтать уже не приходилось.

Еще после окончания русско-персидской войны 1804–1806 годов, закончившейся для южан не слишком удачно — потерей кое-каких земель на Кавказе, в Тегеране было принято решение о модернизации армии по европейскому образцу. Сначала персы «выписали» себе инструкторов с Туманного Альбиона, потом по мере охлаждения отношений между Персией и Великобританией — бриттам кроме того и у себя дома было чем заняться — из-за пересечения интересов в Афганистане, англичан постепенно заменили русские. Последние за несколько лет до того уверенно доказали всему миру, что в военном деле смыслят поболее других и достойны того, что бы у них учиться.