Николай I. Освободитель. Книга 4 (СИ)

По суворовским заветам многие видели стрельбу лишь способом выйти на дистанцию всесокрушающего удара штыком, демонстрирующего всю мощь духа русского солдата. И не важно, что за те пять минут пока батальонная колонна пробудет под обстрелом, она может потерять половину списочного состава — кто там нижних чинов считает.

С такими настроениями в войсках мы нещадно боролись. В основном правда с помощью внесения изменений в уставы — с появлением казнозарядных винтовок их вновь придется теперь переписывать — и программу подготовки офицеров, а не увольнением уже служащих дураков. Впрочем, и тут я попытался отсортировать козлищ от агнцев. С помощью людей Бенкендорфа и отдельных приглашенных специалистов со стороны было подготовлено развернутое тестирование на 4 сотни вопросов, которое по очереди должны были пройти все обер- и штаб-офицеры. Причем тест был составлен достаточно хитро: вопросы шли не блоками, а в разброс, а возможные ответы были призваны максимально запутать испытуемого и скрыть от него истинную цель данного мероприятия.

В тестировании исподволь проверялись как знания офицера, так и его отношение к нижним чинам, к императору и самодержавию и в целом общий кругозор. По итогам этой проверки — которая в будущем должна была стать регулярной, для чего в недрах военного министерства был создан специальный аналитический отдел, долженствующий сначала составлять тесты, а потом анализировать их результаты, — все офицеры делились на категории: по качеству теоретической подготовки, по моральным качествам, по лояльности к действующему строю и по соответствию занимаемой должности.

Пока первое еще даже первое общее тестирование было еще не окончено — оно фактически только-только началось в самом аккуратном экспериментальном варианте, — но я тем не менее возлагал на него немалые надежды.

— Четвертый образец, — меж тем докладчик дошел до моего личного фаворита. Винтовки с продольно скользящим поворотным затвором, в которой я видел будущее русской армии на ближайшие десятилетия. Сухозанет подождал пока помощники повесят новые плакаты и таблицы — тут опять же прослеживалось мое влияние на реальность, поскольку любое выступление я всегда старался подкрепить наглядными материалами, и эта привычка за прошедшие два десятилетия успела уйти «в народ» — и продолжил свой доклад.