Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

 – Какая страшная красота! Прямо не оторвать глаз.

– Да-да, места здесь знатные.

– Полагаю, у похитителя могли быть сообщники, – рассеянно поглядывая на скрывающееся за горами солнце, продолжал рассуждать Егор. – Убив сторожа, он выкрал – уж как-то смог! – Мадонну и каким-то образом покинул обитель, а в горах его уже ждали… Вы случайно веревки на стенах не видели?

– Да как-то и не искали.

– Зря! Обязательно поищите.

– Поищем, – кивнув, аббат встал со скамьи и подошел к собеседнику. – Скажу честно – я даже и представить себе такого не мог. И никто не мог!

– Человек многое не может представить, – философски заметил князь.

Эх, знал бы этот аббат, кто он, Егор Вожников, на самом деле такой, откуда явился… Ничему бы потом не удивлялся.

– Вы сказали, что кого-то подозреваете, святой отец?

Настоятель развел руками:

– Да кого уж тут подозревать, разве что самого, прости, Господи, Дьявола! Обычному человеку такое просто не под силу.

– А с вашим покойным сторожем никто из паломников близко не сошелся? – поинтересовался князь.

– Хм… – аббат задумался. – Да вроде бы. Был такой – некий Флориан, послушник из Матаро, – аббат улыбнулся. – Очень добрый и отзывчивый человек, молчун, насколько я знаю. Насколько я знаю, он как-то быстро сблизился с покойным Алехо, по плотницкой части ему помогал – они даже вместе починили крышу колодца.

– А что за послушник-то? – насторожился Егор. – Из Матаро, говорите?

– Да я его и не видел-то, – отец Бенедикт покачал головою. – Так, если только мельком, в мирской трапезной, как всех. Если кто и может о нем что рассказать, так этот Матиас, наш хорист, брат несчастного Алехо. Он пока здесь, в лазарете, боюсь отпускать его домой – как бы не разболтал. Ну, до субботы подержу, уж во всяком случае. До похорон. А уж там… не знаю, что и делать.

– Искать, – повернувшись к аббату, Вожников понизил голос. – Будем искать, святой отец, и, я думаю, отыщем, обязательно отыщем, и вернем Моренетту на место. Только вот… вряд ли до субботы управимся.

Отец Бенедикт перекрестился и тяжко вздохнул:

– Помоги нам, Господь.

– Кроме Господа, нам и самим себе помочь надо, – осмотревшись по сторонам, заметил Егор. – Не знаете ли вы где-нибудь неподалеку, к примеру – в Манресе – хорошего резчика по дереву? Который бы смог быстро сделать статую… Моренетта ведь небольшая, верно?

Аббат посмотрел на князя с таким ужасом, будто разговаривал сейчас с самим Сатаной!

– Ну, что вы так смотрите? – жестко произнес Вожников. – Или вы хотите, чтоб люди по камешку разнесли монастырь и утратили всякую веру? Не хотите? Тогда поставьте в часовню копию, да побыстрей, до субботы… сумеете?

– Сможем… Но ведь это – обман!

– Но так уже было двести лет назад, насколько мне помнится.