Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Привалившись спиною к стене, какой-то мосластый парень со щербатым ртом деловито пересчитывал высыпанные прямо на траву монеты, с важностью пробуя каждую на зуб. Похоже, это и был главарь – Альваро Беззубый, остальные члены шайки молча наблюдали за его занятием и лениво щурились.

Впрочем, молчали не все – длинный худой парень в рваной рубахе и старых, сношенных до дыр башмаках с придыханием повторял за Беззубым:

– Три… четыре… Альваро – а, может, Малыш лучше попробует? У него-то зубы крепкие…

– Отстань, Рвань! Попробует… Проглотит еще, – ухмыльнулся главный гопник. – Ладно! Давайте думать, что с деньгами делать?

– Хэ! Что делать! – Рвань гнусаво захохотал и приосанился. – Просадим все в кабаке, ага?! Кто за? Я – так двумя руками.

– Не надо все в кабаке, – пожевывая травинку, негромко возразил другой гопник – нескладный, кособокий, с плоским, похожим на старую камбалу лицом и недвижным взглядом каких-то непостижимо светлых, словно у снулой рыбины, глаз.

– Как это – не надо? – обиделся Рвань. – Что ты такое говоришь, Рыбина?

– А то и говорю, – Рыбина смачно сплюнул в траву. – Лучше в лупанар пойти, к девкам.

– Девки это хорошо, – самый младший, Фелипе Малыш, пригладив темные кудри, мечтательно закатил антрацитово-черные глаза и ухмыльнулся.

Беззубый смерил его презрительным взглядом:

– Хорошо? А ты-то откуда знаешь, Малыш?

– Да уж… знаю.

– Ой, знает он. Ага, как же!

– Тсс!!! Слышите? – Рыбина настороженно скользнул взглядом по ближайшим кустам. – Идет кто-то! Может, служанка с рынка или…

– Тихо все! – живо убрав деньги в суму, распорядился главарь. – А ну, живо попрятались.

Повинуясь приказу своего вожака, все члены банды живо нырнули в кусты, оставив на поляне лишь безмятежно улыбающегося Альваро… Впрочем, щербатая его улыбочка тут же превратилась в гримасу:

– Ого! Кого я вижу? Еще деньги принес?

Бац!

Побежав ближе, Лупано молча ударил главаря шайки в челюсть… да, видимо от волнения, не попал – удар пришелся в нос, что оказалось еще лучше – тут же брызнула кровь, и ошарашенный не стольео от боли, сколько от удивления Альваро Беззубый вытаращил глаза:

– Э-э… ты что это творишь, ушастый?

Бум!

Еще удар – сразу же, левой, как и показывал учитель… И опять удар, и снова… и еще… Зажмурив глаза, Лупано махал руками, словно мельница, торопился, опасаясь, что действия волшебного эликсира храбрости может скоро закончиться, и тогда кое-кто вмиг превратится из храбреца во всеми презираемого труса и мямлю.

– Эй, эй! Что сидите-то? – придя в себя, Альфаро Беззубый отскочил в сторону и принялся звать напарников…

Да только те что-то задерживались, а почему – гопник сейчас же узнал от выбравшегося на полянку здоровенного малого, одетого, как обедневший кабальеро, правда, без меча.