Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

– Могу ли я сказать тебе, шевалье Изабелла, что сегодня ты особенно красива? Ты словно купаешься в утренних лучах, став самой прекрасной частью нашего солнца! – Егор вдруг понял, что невольно следует урокам своего шкодливого слуги, и прикусил губу.

– Ты мог бы это сказать, ученый путник, – кивнула женщина, – если бы был воином, а не звездочетом. Никогда не понимала мужчин, что способны отказаться от походов и приключений, от славы и подвигов, от меча и седла ради чернильницы и пера, ради перелистывания бумажек в темных монастырских подвалах.

– Ты преувеличиваешь значение меча, шевалье Изабелла. Иногда доброе слово, протянутая рука, ласка и миролюбие могут сделать больше, нежели целая армия."

"– Да, я слышала не раз подобное чавканье от трусливых писарей, – вскинула подбородок воительница. – Но стоило сверкнуть на солнце мечу, как они моментально умолкали и покорно склоняли головы!

Судя по злости, с которой были брошены эти слова, госпожа рыцарь вовсю мучилась похмельем.

– Писари это писари, а мужчины это мужчины, – парировал Егор. – Поверь мне, бывалого человека меч в руках женщины только рассмешит. Даже если он бездоспешный и безоружный.

– Хочешь посмеяться? – Изабелла потянула клинок из ножен.

– Я всего лишь путник, шевалье, – напомнил ей Вожников. – Путник, который привык обходиться без оружия…

Если бы не этот глупый похмельный спор, Егор, разумеется, обратил бы внимание на сложенный из крупных камней забор, подступающий к самой дороге. Причем, в отличие от всех предметов вокруг – почему-то не заснеженный. И, конечно, удивился бы тому, что как раз в этом месте навстречу обозу мчатся во весь опор два всадника, отставая друг от друга всего на три десятка шагов. Первый мелькнул мимо, а второй, пролетая на всем скаку возле женщины, вдруг резко вскинул правую руку. На миг перед Изабеллой появилась темная линия в палец толщиной, и прежде чем женщина успела понять, в чем опасность – петля стянулась вокруг ее пояса. Закрепленная у задней луки седла веревка натянулась, на миг завибрировала от напряжения – инерция скачущей во весь опор лошади победила, сильнейший рывок выкинул воительницу из седла, и она закувыркалась по снегу вслед за неожиданным врагом.

Чуть далее точно так же кувыркался по дороге, растирая по талой грязи снег, ее воин, что прикрывал обоз сзади.

– Debout! Ne pas déplacer!!! – Из-за забора у тракта поднялись трое арбалетчиков, моментально вскинув оружие, вперед метнулись двое одетых в драные плащи воинов с копьями наперевес.

Тренькнула тетива, послышался короткий болезненный вскрик, один из арбалетчиков опустил разряженное оружие.

– Все, все! – вскинул вверх руки с раскрытыми ладонями Егор.