Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

Именно в Прагу и пришло русское войско – с тяжелой и легкой (татарской) конницей, с пушками, с ватажной броненосной пехотой, по местным традициям вмиг обзавевшейся вагенбургами. Кованая поступь русских ратников эхом отдавалась по всей Праге, именно русским – как лицам незаинтересованным – было доверено охранять съезд курфюрстов, на который явились почти все, исключая, естественно, мало теперь кем и признаваемого императора Сигизмунда.

Многие из светских князей, кстати, уже вовсю реформировали церковь, за что признавались еретиками: в Германии назревала война, ни на кой черт князю Георгию не нужная, он так и выразился на заседании, что ничего подобного не допустит, а потом, чуть тише, предложил – мол, чья земля, того и вера! Тихо этак сказал, да те, кто нужно, услышали.

Некоторые обрадовались, некоторые – не очень, а новоявленный бранденбургский курфюрст – он же бургграф Нюрнбергский – носатый Фридрих Гогенцоллерн ходил гоголем! Еще бы, под свое курфюршество он выпросил у князя Русии немало золотишка и серебра, да еще и войско в придачу – чтоб бранденбуржцы не слишком-то кочевряжились. Взамен же Егор – сама доброта! – попросил малое, с чем и выступил Фридрих на последнем заседании совета, предложив избрать «эрцгерцога Георга» ливонским курфюрстом.

Благоприятный исход голосования был князем проплачен заранее, как и последующий – в ратуше – банкет, на котором блистал любитель танцев и музыки король Вацлав, а приглашенный магистр Гус не произносил никаких проповедей, а спокойно пил пиво в компании трех архиепископов. Та еще была картина, куда там Дали – главный еретик, мирно беседующий с прелатами. А что уж тут скажешь? Сами все решили – чья земля, того и вера! Князь Егор, правда, этому кредитами поспособствовал… и сабелькой побряцал, чего уж."

"Одного вида русского войска прелаты испугались не на шутку: хрипящие кони, здоровенные – один к одному – молодцы в кованых новгородских латах, из огнестрелов – ручницы, кулеврины, гаковницы, пушки на колесных лафетах, литые! Ядрами можно стрелять, а можно – и картечью: любая рыцарская атака медным тазом накроется, то, что Жижка на рыцарей с холма груженные каменьями возы пускал – вчерашний день, глупенькая детская придумка. Какие тут возы, какие каменья – один залп, и рыцарство в Европе закончилось.

Приехавшего вместе с войском ордынского финансиста Карима Заурбека Вожников отослал с надежной охраною в Аугсбург, к Фуггеру, налаживать дело с ассигнациями. Заурбек, кстати, уже успел к тому времени скупить почти все векселя итальянских банков, так что просьба явившегося незадолго до окончания съезда курфюрстов легата Поджо Браччолини упала на благодатную и подготовленную почву.