Ватага. Император: Император. Освободитель. Сюзерен. Мятеж

– Да куда же?

Молодой человек усмехнулся:

– Как куда? Готовить восстание! Или вы решили все же спокойненько отсидеться здесь? И пусть чехи всегда буду внизу, а не вверху, в хвосте, а не в начале?! Что ж, как хотите… я пошел.

– Постойте… Я с вами…

– Тогда быстрее, профессор!

– Ага… но куда мы идем?

– Ко мне…

– А что там?

Шипя и потрескивая, догорал факел. Громкий шепот уносился под своды.

– У меня прекрасная уборная…

– Что?!

– Тсс!!! Громко не говорите… Ага, пришли уже. Прошу!

– Что… прямо в уборную? Что мы там будем делать?

Князь негромко расхохотался, краем глаза посматривая на связанного стража.

– Я уже сделал всё. Помогите мне вытащить этот камень… ага… Теперь прихватите свечу.

– Мы… полезем туда? – глядя в черный зев клоаки, содрогнулся Гус.

Егор хлопнул его по плечу:

– Конечно! Революция требует жертв, любезнейший магистр!

– Но… эта клоака…

– Это не клоака! Это наш пусть к свободе. Прочь сомнения! Идемте, друг мой! Чехия ждет вас, чтобы обрести всё!

То ли слова о родине, то ли общая ситуация все де подвигли профессора на сей дурно пахнущий – в буквальном смысле слова – подвиг. Оказавшись внизу, беглецы быстро пошли по колено в зловонной жиже, впереди, с горящей свечой в руке, шагал Вожников, фальшиво насвистывая что-то из репертуара «Агаты Кристи».

– Облака в небо спрятались…

– Что вы там напеваете?

– Так, одну песенку… Ага, профессор! Вот и речка! И зловония почти уже нет.

– Я бы так не сказал… Впрочем, вы правы – чего только ни вытерпишь в борьбе за свой народ, за свою Родину!

– Да, дорогой магистр, пожалуй, это похуже костра будет! О! Кажется, повеяло свежестью. Чувствуете, друг мой?

– Ничего такого не… Хотя… – пробираясь по пояс в воде, профессор поводил носом. – Вы правы. Что-то такое есть.

– Ну, еще бы! Вон, свечка-то чуть не погасла."

"Следующий порыв ветра свечу все-таки загасил, однако впереди уже виднелось звездное небо с мерцающей половинкой луны.

– А мы ведь выбрались! – обернувшись, воскликнул Гус. – Ведь вот же – свобода!

– О, только не торопитесь, профессор.

По прикидкам Егора, прошло уже где-то с полчаса после того, как они спустились в клоаку, и тюремщики уже должны были сообразить, что к чему, выслать погоню.

– Пробираемся камышами, магистр. Вдоль отмели. И посматривайте по сторонам.

– А что?

– Наши друзья монахи… Вряд ли у них нынче спокойная ночка.

– Думаете, они…

– Тсс! Тихо, профессор. Падайте!

Заметив метрах в полста впереди низкий силуэт лодки, князь толкнул профессора в камыши и сам повалился следом…

Послышался скрип уключин, а потом и голоса:

– Смотрите внимательней, братья! Они не могли далеко уйти, наверняка где-то здесь прячутся.

Кто-то тут же пожаловался:

– Темно, брат Вильфрид. Ничего же не видно.

– Главное, не дать им уйти с отмели.