Освободитель

Ещё пятеро… я не знаю кто они. Но были в масках. Двое вообще странно одеты. А ещё один, – Серм помялся, – Будто колдун из сказок. Тоже в чёрном. И с посохом. И глаза как змеиные, с вертикальными зрачками. Они не говорили, что хотят сделать, а мы не спрашивали. Рылом не вышли. Спрут всё-таки помощник самого Котла. Приказал, чтобы ночью никто не ходил по кварталу. Ну, и ушли ближе к полуночи. Вот и всё, что мы знаем. Откуда взялись кубки, надо спросить у… этого.

Серм бросил брезгливый взгляд на трактирщика.

– Спросим, – пообещал я. и повернулся к Торре: – Залечи амулетом руку этому молчуну!

Торре кивнул, и стал колдовать над искалеченным. А я занялся допросом трактирщика. Тот и рассказал, как уже утром к нему пришёл Мокрый и отдал за бесценок кубки.

– Серм, – обратился я к главарю местных разбойников: – Я слово держу, и все вы будете жить. Кроме трактирщика. ЛЮБОЙ причастный к гибели моих людей будет уничтожен. Даже если он просто купил награбленное. Это непреложный закон, который ты позже расскажешь всем. А пока расскажи вот этому воину по имени Торре всё, что знаешь о Котле, Мокром и Спруте. Где их искать, сколько у них людей. Чем они занимаются.

Бандитов споро развязали. Трактирщика вздёрнули на дверях его кабака. И отправились во дворец.

– Вашество, – спросил у меня Торре, и брезгливо поморщился: – А почему мы не убили этих?

– Во-первых, потому что они не виновны в гибели наших людей. Во-вторых, они расскажут о неотвратимости наказания. В-третьих, это не война, где нужно убивать всякого, потому как это враг. Ну и главное – свято место пусто не бывает. Если сейчас мы убьём Серма, на его место тут же придут другие. Такова проза жизни. Убить всех бандитов и воров мы не сможем. А так – мы их знаем. Они теперь нас тоже знают, и что главное – боятся. И теперь всегда будут надёжным источником информации. Но для тех, кто убил наших людей – никакой пощады не будет!

Торре Милтон молча кивнул головой, показывая, что понял…

Когда я зашёл в кабинет Императрицы, Эльза как раз жаловалась на меня своей самодержавной сестрице:

– Две ночи его нет во дворце! Я думала он у тебя, а его, оказывается, и тут нет!

– Здравствуйте, девочки, – жизнерадостно улыбнулся я Эльзе и Изольде. – А вы почему не спите в такую рань? Война, что ли опять? Не успел во дворец вернуться, мне стражники орут, чтобы я в кабинет припиз… пришёл, значит.

– И ему ещё хватает наглости спрашивать, что случилось! – опять обвиняюще сказала Эльза.

– Герцог, – холодным голосом произнесла Изольда, – Где вы пропадаете две ночи подряд?

– А Астут разве не докладывает? – деланно удивился я.