Освободитель

– А ничего путного! – скривившись, ответил его сосед по телеге, и зло сплюнул в пыль: – Сначала одни проверяют, потом вторые, а опосля третьи! И каждому пошлину сунь! А потом люди воют, что цена товара выросла!

Я удивлённо покачал головой, и стал объезжать длинную очередь. Уже перед самыми воротами ко мне наперерез выскочил пузатенький стражник в красной хламиде, и схватил лошадь под уздцы:

– Куда прёшь? – зычно заорал он.

Из-за моей спины тут же выскочили трое моих разведчиков с мечами наголо, и побледневший стражник, выпустив упряжь, аж на жопу сел. Ему на помощь подскочили было пятеро его товарищей, но, увидев конную сотню, присмирели. Опасливо смотрели на нас, и не понимали, что нужно предпринять.

– Кто старший? – требовательно спросил я сидящего на жопе толстопуза.

– Э-э-э, мы! – проблеял стражник.

– Мы, ваша светлость! – процедил я, – Ты как к герцогу, хам, обращаешься?

Сидящий в пыли икнул, быстро вскочил, стал отряхиваться, не сводя с меня глаз и повторил:

– Мы, ваша светлость!

– Чьих будешь, вояка? – немного более ласково спросил я пузатенького караульного.

– Служилые графа Ортуна Арната, ваша светлость! – гаркнул страж.

Синие и жёлтые, тоже по шесть человек, смотрели на эту картину чуть в сторонке. Но освобождать ворота не спешили.

– Капрал Жак Махам! – отрапортовал военный.

– Торре, дай капралу золотой, и спроси, где находится его граф, – сказал я Милтону.

Но въехать в ворота я не успел. Видимо, приказание дать служаке золотой было ошибкой. Путь мне преградили уже синие и жёлтые стражники. Караульные явно побаивались, но возможность заработка пересилила в них инстинкт самосохранения. Я задумчиво посмотрел на таких же либо слишком пузатых, либо наоборот невероятно тощих вояк, и задумчиво поскрёб подбородок:

– Торре! – требовательно бросил я, – Отставить давать золотой красному!

– Есть, вашество! – отрапортовал Милтон, пряча назад в кошель золотую монету.

У красного пузана аж уголки губ от обиды опустились.

– Так, граждане стражи! – требовательно обратился я ко всем сразу: – Даю вводную! Чья стража победит в битве на кулаках, те получат по двести рупьев золотом! Старший стражи получит пятьсот рупьев! Торре, покажи товарищам золото!

Торре быстро отсчитал из кошеля пять золотых монет по двести, и одну на пятьсот рупьев и продемонстрировал их бодигардам ворот. Те переглянулись, отбросили алебарды и принялись лупцевать друг друга почём зря! Ещё бы – у них годовая зарплата рупьев двести и есть. А у графа, может, и того меньше. Я соскочил с лошади, поудобнее сел на стоящую ближе всех к воротам подводу, раскурил трубку, и стал с интересом наблюдать за нешуточной битвой.