Острые углы (СИ)

Хотя бы ради того, чтоб Соломатину нос утереть.

— Не неси бред. Это глупость полная.

— Глупо было вообще всё начинать. Ты это тоже знаешь. Хорошо получилось, но на этом пора закончить, — тихо и холодно сказала она.

Эта ее манера всегда приводила его в восторг и удивляла. Лера не кричала, не повышала голоса, всегда говорила ровно, но каждое ее слово было веско.

Громогласно при спокойном тоне. Он считал Лерку красивой, хотя она не обладала кукольной внешностью и почти не пользовалась макияжем. Ей и не надо, она была яркой, контрастной: белые волосы, бронзовый загар, теплые карие глаза, чуть темные брови и ресницы. Она всегда привлекала внимание, не оставалась незамеченной. Всё дело в ее харизме, характере, в ее уверенном поведении.

Девочки всегда в чем-то нуждаются. Во внимании, комплименте, все и всегда внутренне ждут одобрения от мужского пола, но только не Соломатина. Она ни в ком и ни в чем не нуждалась. Она была сама по себе, самодостаточная, наполненная, независимая. Именно это делало ее невероятно притягательной, интересной, примагничивало намертво, что взгляда не оторвать.

Совсем другая Лерка. Не такая, какие ему обычно нравились. Может, потому он так на ней двинулся. А после их ночи, такой бешеной и страстной, вообще не представлял рядом с собой кого-то другого. Его не пугала ее резкость, он легко сносил ее сарказм, воспринимая это всего лишь прощупыванием границ дозволенного. Пускай… Она ведь его совсем не знает…

— Ты повод ищешь, чтобы всё разрушить?

— И он нашелся. Осознавать, что тебя поимели тупо за бухло, крайне, крайне неприятно, Алекс. Королевы, они, знаешь ли, такие, у них самомнение зашкаливает… — съязвила она и села в машину.

Домой Лера приехала совершенно расстроенная. Это с Полевым она общалась спокойно и холодно, ей удавалось говорить своим обычным тоном, но внутри всё у нее бушевало. Не из-за выходки Юлика, хоть это ее слегка и подбесило. Она отшила Лёшку. Это получилось раньше, чем планировала. Всё не так должно было быть. Ехала же к нему не для того, чтобы помыться. Они не успели даже обняться… И теперь ее физическое состояние было похоже на ломку. С зависимостью и болью, с плохим настроением и накатывающей депрессией, когда не можешь получить желаемого.

Лера выставила на стол бутылки текилы, — пусть теперь служат напоминанием, — налила кофе, включила вытяжку и уселась на столешницу. Закурив, взяла телефон, внесла в черный список Назарова и Полевого. Ткнула на Алькин номер, но блокировать не стала — позвонила.

— Лер, это какое-то недоразумение… — сокрушалась Аля. — Лёшка ни при чем. Это всё мы с Юликом… Не злись, пожалуйста. И он всё равно от тебя не отстанет! Я его знаю, чуть больше, чем ты…

— Ты и меня знаешь, чуть больше, чем он. Я не его очередная «киса».