Острые углы (СИ)

— Ты чего это удумал? Мы так не договаривались, — пожурила она, с тревогой вглядываясь в его лицо.

Взгляд у отца был ясный, глаза довольно блестели: его дочь наконец вернулась. Еще больше обрадовало, что в палату она зашла вместе с Лёшкой.

— Детка, ты так хорошо выглядишь, как всегда красива, — улыбнулся он и, пригнув к себе ее голову, поцеловал в висок.

— Да куда уж мне, — чуть улыбнулась Лера. — Киса твоя вон в бриллиантах на завтрак спускается.

Наталина довольно хихикнула. Она, притихнув, сидела на диванчике и молчала, чтобы не мешать общению отца и дочери.

— Ты одна прилетела? — спросил отец.

— Матвей тоже приедет, — ответила Лера, хотя понимала, что отец спрашивал не про него.

Матвей остался с малышкой в Будапеште. Няня, которая обычно им помогала, как назло, оказалась в отпуске, а доверить дочь незнакомому человеку Лера не могла. Потому договорились, что Матвей присмотрит за племяшкой и приедет немного позже, когда их няня вернется. Для него справиться с малышкой не составляло труда, он с первого дня ее рождения был рядом и знал, что делать.

Оторваться от ребенка было неимоверно сложно, Лера чувствовала, будто ее располовинили, но везти Эми сюда она не решилась.

— Ты же должен был сегодня улететь, — Соломатин переключил внимание на Полевого. — Отдохнуть же хотел…

— Какой мне отдых, когда ты в больнице.

— Теперь всё будет хорошо. Моя дочь здесь — теперь я точно выздоровею.

— Пойду врача позову.

Лёшка вышел из палаты, а Лера зашла в душевую помыть руки.

Наталина подошла к койке Соломатина, взяла его за руку и прошептала:

— Алик, ты только не волнуйся. Доктор всё скажет, как надо.

Соломатин лишь хмыкнул в ответ.

Честно говоря, он уже сомневался, правильно ли они поступили. Лёшке наплести — это одно. А вот Лерке голову задурить — совсем другое. Его дочь далеко не дура и обмануть ее не так просто. Подумать страшно, что будет, если их обман раскроется.

Лера вышла из душевой как раз в тот момент, когда доктор вошел в палату.

Роста он был невысокого, но подвижный, с зычным голосом.

— Альберт Сергеевич, вижу, что дети с вами. Теперь вы точно пойдете на поправку. Ничто так не лечит, как внимание и забота близких… — далее он вскинул руки и начал подробно объяснять Лере диагноз и суть лечения, забрасывая ее медицинскими терминами.

— Медкарту мне принесите, — спокойно сказала она.

— Я вас уверяю, сейчас ваш папа в стабильном состоянии…

Лера вскинула бровь, прошив доктора острым взглядом, который ясно говорил:

«Что в моей просьбе непонятного?».

Док смиренно удалился за медицинской документацией.

— Дочь, ты всё-таки ветеринарный хирург, а не кардиолог, — напомнил отец с улыбкой."

"— Ничего страшного, папуль. Я просто представлю, что ты собака, и у меня всё получится.