Острые грани (СИ)

Да, я тоже когда-то ревновал Наташу. Да, я тоже дрался за неё, но я не помню, чтобы меня переполняла подобная ярость. С Наташей был, скорее азарт и желание показать, кто здесь главный самец.

Если Наташа чувствовала то же самое, когда в нашу квартиру пришла Арина, то мне непонятно, как она смогла сдержаться и не покрошить нас всех на салат мелким кубиком. Окажись под моей рукой хотя бы сломанная вилка, я бы, наверное, ею воспользовался без раздумий.

Наташа всё ещё отказывается подписывать бумаги на развод. Вместо этого, когда я вернул довольного проведенными выходными Стёпку домой, она предложила попить чай и перекусить всем вместе.

Через неделю, когда я снова заехал, чтобы забрать Стёпку и пройтись с ним по магазинам за канцелярией и одеждой для школы. Наташа попросила прийти на линейку всей семьёй. Будто я не планировал там быть вообще...

Я не пропустил ни одной линейки сына и точно не собираюсь пропускать и эту.

- Подпиши, - сказал я Наташе вечером, достав бумаги из прикроватной тумбочки, где она их прятала.

- Ты куда-то торопишься? – спросила она, даже не посмотрев в сторону бумаг. Отошла к чайнику и включила его, достав для нас две кружки.

- Я оставляю тебе всё, кроме машины и бизнеса, Наташ. Эта квартира, дом загородом, твоя машина… Я лишь хочу беспрепятственно видеться с сыном. Просто подпиши. Ты же не хочешь, чтобы мы устраивали разборки через суд, который вряд ли окажется к тебе столь же лояльным?

- Будешь чай? – спросила Наташа, не оборачиваясь.

- Мы снова будем пить чай и уходить от разговора вместо того, чтобы всё решить? Тебе не надоело?

Узкие плечи Наташи поднялись и опустились от медленного дыхания. Она словно пыталась познать дзен, но с трудом могла его удержать. Наверное, её раздражало даже моё спокойствие, потому что ей для того, чтобы хотя бы казаться спокойной, явно приходилось прилагать немало усилий.

- Мне надоело, Серёж. Мне много чего надоело, но не от всего в этой жизни можно просто избавиться и забыть. А по поводу бумаг на развода… - чайник выключился, Наташа разлила кипяток по кружкам и закинула в них чайные пакетики. Поставила одну кружку передо мной, а со второй села напротив. - …Давай мы сначала отправим всё ещё нашего с тобой сына в школу, а потом уже будем решать, где и какие подписи мы будем ставить.

- Ты же понимаешь, что мы занимаемся отсрочкой неизбежного? – заглянул я в глаза всё ещё своей жене.

- Кто знает, как дальше жизнь повернется? - изрекла она философски и повела плечами. – Я вот, например, раньше была уверена, что мы с тобой вместе до конца наших дней, но видишь – мы обсуждаем развод и ждём, когда уже, наконец, сможем разойтись в разные стороны. Ты когда-нибудь предполагал такой исход?

- Нет, - качнул я головой, продолжая смотреть в Наташины глаза. – Мне нечем гордиться.